Светлана отвернулась, протянула руку, чтобы помочь ему. Дмитрий был слишком тяжелым, она не могла поднять его. После нескольких безуспешных попыток она взглянула на него. В этот момент Дмитрий не отводил от нее своих ярких и блестящих, словно луна, глаз. Он приложил немного силы и потянул Светлану на пол. Она хотела подняться, но Дмитрий держал ее, не давая пошевелиться.

Светлана прошептала:

— Что ты делаешь?

Она не осмеливалась громко говорить. Что могли подумать Стас и Итон? Они, точно, не так все поняли. Дмитрий улыбнулся и ничего не сказал, держа ее за руку и прижимая ее к груди, с серьезным видом произнёс:

— Если я получал какую-то травму, то как предоставлю тебе удовольствие и счастье?

Дмитрий сжал ее руку и потер ей в области сердца:

— Я хочу подарить тебе счастье, что мне делать?

Лицо Светы мгновенно покраснело. Она хотела вытащить свою руку, а Дмитрий не отпускал ее.

Она посмотрела на него:

— Если ты снова будешь так себя вести, я разозлюсь.

Иногда, когда Светлана хорошо к нему относилась, Дмитрий начинал наглеть, только она злилась, как он начинал вести себя нормально. Он не мог жить спокойно.

Светлана положила руку ему на плечо и поддержала его. Несмотря ни на что, это ведь из-за неё он упал, поэтому она должна была помочь ему подняться. Дмитрий взглянул на нее, он мог встать и сам, ему уже давно стало лучше, просто ему нравилось то ощущение, когда она была рядом с ним. Он прислонился к ней.

Светлана открыла дверь ванной. Стас и Итон сидели на диване и пили чай.

Она не заметила того, чтобы они перешептывались, и немного расслабилась. Светлана боялась, что обстановка будет напряженной, поэтому сама нашла тему для разговора:

— Так что, в конце концов, происходит? Как Майя могла родить ребенка?

Когда была несовершеннолетней?

Итон поставил чашку с чаем:

— Жители деревни поговаривали, что она была бесстыдницей и плохо вела себя в школе. Ее семья ненавидела ее, стыдилась и не хотела воспитывать, они отдали ее...

— Значит, так?

Свете казалось, что Майя не могла быть такой плохой. Ей было шестнадцать лет. Хотя ее мысли не были достаточно зрелыми, у неё был, по крайней мере, здравый смысл. Как она могла родить ребёнка после связи с каким-то человеком?

— Конечно, я также думаю, что в этом деле есть скрытые факты. Это произошло так давно, кажется, ее семья специально скрывает что-то.

По своему опыту Итон мог сказать, что все было не так просто, как казалось. Он не понимал, откуда у Майи взялась враждебность к Свете? Могла ли она обнажить свои шрамы и начать запугивать ее ребёнком?

Светлана, вероятно, знала, почему Майя ненавидела ее:

— Может, ей нравится Трифон, думает, я слишком близка к нему, и мне завидует?

Она помогла Дмитрию сесть на диван и села сама:

— Хотя прямых доказательств нет, Майя действительно сомневается. Она была в отеле, но отрицала это.

— Откуда ты знаешь? — спросил Итон.

— Она сама это сказала. Чтобы доказать мне, что Майя не была человеком, который мне угрожал, Трифон позвала ее ко мне, поговорить лично. Она сказала, что никогда не была в отеле.

Стас заинтересовался:

— Кто они с Трифоном, раз он так защищает ее?

— Когда они были маленькими, жили в одном приюте с Трифоном. Поэтому между ними есть привязанность. — равнодушно сказала Светлана.

Стас прищурился, посмотрел на Дмитрия и наклонился вперёд.

— Откуда ты знаешь? Это Трифон тебе сказал? — задал вопрос Стас.

Светлана не заметила подтекста в его фразе и прямо ответила:

— Да.

К тому же, как бы она могла узнать, если бы не Трифон сам сказал ей? У неё не было подчиненных, которые могли бы расследовать это дело.

— Он все про себя тебе рассказал? Так доверяет тебе? У него, случайно, нет к тебе никакого интереса?

Лицо Дмитрия помрачнело. Он тут же расправил грудь. Он мог понять, что Трифону нравится Светлана.

Светлана почувствовала исходящий от мужа холод. Ей и смотреть не нужно было, чтобы понять, какое недовольное у него выражение лица было в данный момент.

Светлана искоса взглянула на Стаса:

— Почему я ничего не почувствовала? Неужели ты умеешь читать мысли человека?

Итон усмехнулся и включился в разговор:

— Точно!

Стас уставился на Итона.