Он прошел через передний двор ко входу в дом и открыл высокие двери. При его появлении в холле зажегся теплый желтый свет, ночная тишина говорила о том, что домочадцы уже мирно спали. Дмитрий снял пальто, бросил его на диван и, расстегнув воротник, направился в комнату Павла. Когда он вошел, в комнате все еще горел свет, Светлана лежала на половине кровати, обнимая Марию. Глаза девочки были красными, будто она только что плакала, но теперь уснула.

Когда Дмитрий еще не приехал, Маша сидела в гостиной и сказала, что не будет спать, пока не дождется своего папу. Как бы Светлана ее не уговаривала, Маша настаивала на своем. Пробило двенадцать часов, было видно, как веки девочки начали слипаться, но она продолжала упорствовать и не шла спать. Тогда Светлана взяла ее на руки и понесла в комнату, Маша сразу же разразилась громким плачем и вдруг спросила, может папа снова решил ее бросить?

Светлана крепче обняла дочку и поцеловала в лоб, заверив, что он скоро вернется. Но Маша не верила. Детям, выросшим в семье с одним родителем, всегда не хватает чувства защищенности, безопасности, так и чувствовала себя Мария.

Она уютно устроилась в объятиях мамы и продолжала повторять «у меня нет папы». Маша плакала, и Светлана плакала вместе с ней. Устав, девочка уснула, и Светлана решила остаться с ней, чтобы охранять ее сон с своих объятиях.

Паша спал в дальнем углу широкой кровати. Она была настолько большой, что всем троим было совершенно не тесно. Дмитрий подошел к кровати, нежно поднял руку Светланы, и положив одну руку под ее шею, а второй придерживая за талию, поднял ее. Светлана почувствовала движения и открыла глаза. Увидев Дмитрия, она сказала сонным голосом:

— Ты…

— Тшш, — остановил ее взглядом Дмитрий.

Светлана послушно замолчала и позволила ему вынести ее из комнаты.

Дмитрий, держа на руках Светлану, поднялся на второй этаж.

— Ты пил? – спросила она.

Запах вина отчетливо чувствовался на его теле, перемешиваясь с запахом его парфюма.

— Да.

— С кем? – опустив глаза, снова спросила Светлана.

Дмитрий не хотел упоминать Анну, поэтому ответил:

— Это не имеет значения.

Светлана посмеялась и больше ничего не сказала.

Дмитрий заметил ее беззаботную улыбку:

— Над чем смеешься?

Светлана ответила ему, не говоря всю правду:

— Ты женатый мужчина

Нельзя же так слоняться по барам.

Дмитрий улыбнулся и прислонился к ней лбом.

— Если не хочешь, чтобы я слонялся, то крепко привязывай меня к себе, — сказал он, открывая ногой дверь в комнату.

Светлана еще ни разу не была в этой комнате. Свет был приглушенным, комната сильно отличалась от тех, что были внизу. Интерьер был выполнен в черно-серых тонах, источавших собой агрессию. Дмитрий положил девушку на большую мягкую кровать, и наклонившись над ней, все еще не выпускал ее со своих рук. Он смотрел на нее сверху. Светлана не смогла выдержать его взгляд и отвернула голову, тогда он рукой снова повернул ее лицо к себе, не позволяя отворачиваться.

— Смотри на меня, — прокомандовал Дмитрий.

Взяв ее руку, он прижал ее к своему сердцу, гладя кожу через одежду.

— Как ты собираешься отплатить мне?

— Отплатить…тебе? – Светлана напряглась и не посмела шелохнуться, боясь, что он сделает что-то, что она не сможет контролировать.

Его руки стали мягкими, и он тесно прижался к ее телу. Наклонившись к ее шее, он начал целовать ее душистые волосы, шею, мочку уха…. Его горячее дыхание окутало ее, парализовало. Все ее тело напряглось.

Он продолжал настаивать:

— Я сделал это для тебя, такой благородный мужчина, разве ты не хочешь мне отплатить?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — Светлана старалась сохранять спокойный тон, но ее рука в этот момент сжимала одеяло.

Он укусил ее за мочку уха, и Светлана с силой оттолкнула его:

— Ты пьян…

— Я не пьян, я прекрасно осознаю, что делаю, — каждое его слово сопровождалось укусом.

Кончиком языка он провел по мочкам ее ушей:

— Я позволил тебе растить здесь своих детей, почему бы тебе не удовлетворить меня?

Сердце Светланы дрогнуло, и тело девушки задрожало.

Маша очень его полюбила, хотя прошло совсем мало времени.

Дочка становилась совсем большой, и Светлана никогда не видела, чтобы она так горько плакала, особенно ее фраза «у меня нет папы», ранила ее словно ножом по сердцу. Слезы скатились по уголкам ее глаз и спрятались в волосах.

— Держи свое слово, — сказала она хриплым голосом.

— Обязательно.

Запах Светланы опьянял его, и он ловкими пальцами быстро снял с нее одежду.

Девушка вздрогнула.

Дмитрий обнял ее, и прижав к груди, прошептал:

— Не бойся.