Она уважала и стыдилась его. Человек, которого она не хотело оскорбить, так с ней…

— Катись отсюда! — истерично проревела Светлана. Ее сердце болело от унижения и обиды, переполнявших ее. Так больно, что она едва ли могла дышать.

— Послушай меня… — Максим пробовал прояснить все.

— Вот они факты, чего ты стараешься объяснить?

— Я… — Максим увидел ее разочарованный вид и крепко поджал губы. — Я столько лет тебя защищаю, хотел всего лишь разок овладеть твоим телом, — выпалил он вместо объяснений

— Что… Что ты такое говоришь? — на ее сердце словно лег камень, который непрерывно тянул его вниз.

— Ты уже давно не девственница, даже детей родила. Зачем прикидываться целомудренной? — Максим приблизился, хватая ее. — Я женюсь на тебе, буду относиться к Паше и Маше как к родным…

— Отойди, — Светлана оттолкнула его. — Отпусти меня.

— Слишком поздно.

Ситуация прошла точку невозврата: даже если он ничего не сделает, она все равно возненавидит его. В таком случае лучше действовать.

— Отпусти, отпусти меня! — Светлана яростно отпихивалась, стараясь освободиться из его объятий.

Разница в силе у мужчины и женщины огромна. Пусть Максим и не был силачом, по мощи он очень превосходил Светлану. Она совсем не могла оттолкнуть его.

Максим прижал ее к дивану, кое-как целуя ее лицо, волосы, шею.

Светлана вертела головой и заметила стоящую на столе бутылку от вина. Схватив последнюю, она разбила ее о голову Максима. Послышался звук удара.

Красная жидкость в одно мгновение начала стекать с его головы по телу, распространяя аромат насыщенного вина.

Максим словно не мог поверить, что она ударила его.

Кожу на голове защипало. Если бы на рану не попало вино, оттуда вытекала бы кровь.

Послышался запах крови.

Воспользовавшись замешательством Максима, Светлана с силой оттолкнула его. Застигнутый врасплох, мужчина свалился на пол.

В голове у Светланы была одна только мысль: бежать.

Не оглядываясь на то, в каком он состоянии, она застегнула молнию брюк, крепко запахнула одежду и выбежала из комнаты. Спотыкаясь по пути, она время от времени оглядывалась назад, смотря, не гонится ли за ней Максим.

Последний же бросился за ней, сдерживая боль.

— Света…

Когда женщина услышала его голос, нить напряжения в ней словно бы оборвалась, и она побежала еще быстрее, не обращая внимания на дорогу перед собой, сбивая людей на входе.

— Простите, простите, — верещала она, обнимая себя руками, — позвольте пройти.

Человек напротив не дал ей пройти, вместо этого приподнимая ее лицо за подбородок. Светлана задрожала от страха, когда они пересеклись взглядами.

— Почему ты здесь? — спросила она.

Дмитрий не ответил, разглядывая ее вид: расстегнутые пуговицы на одежде, в которую она куталась недостаточно сильно, оттого все нижнее белье выступало наружу. Белая ткань окрасилась в кроваво-красный цвет, прическа была в беспорядке, а на лице стояли слезы. От нее веяло алкоголем.

Натянутые брюки вновь сползли вниз, обнажая ноги.

Каблуки, которые она надела, совсем не подходили для бега, поэтому она сняла их, сбегая в удобный момент.

Пока Дмитрий разглядывал ее, в его глазах поднялась волна ярости.

Ничего не говоря, он снял с себя пиджак и накрыл ее им, схватил ее в охапку и бегом отнес в автомобиль. Светлана съежилась, вжимаясь в сидение, словно очень сильно испугалась.

Дмитрий завел машину, уезжая на высокой скорости. Его лицо источало холод, а губы сжались в тонкую и острую, словно нож, полосу. Он будто был готов взорваться при одном прикосновении.

В этот миг зазвонил его телефон. Мужчина достал его и сбросил вызов, не глядя, однако сотовый вновь зазвонил. Казалось, он не прекратит звонить, пока на него не ответят.

Нажав на кнопку «принять вызов», он тут же услышал мужской голос:

— Ты приехал? Тебя все ждут.

— Я не приду.

— Все с таким трудом собрались, что ты не можешь не прийти…

Дмитрий положил трубку до того, как собеседник успел договорить. Мужчина бросил телефон на панель управления. Крепка сжимая пальцы, он собирался спросить у Светланы, что же произошло, но мобильный опять зазвонил.

Ярость, что он сдерживал, наконец начала извергаться. Схватив сотовый, он ответил на вызов:

— Я же сказал, что не приду, ты глухой, что ли? Или человеческого языка не понимаешь?

Савелий вздрогнул от испуга. Что это такое? Он ведь его не провоцировал?