Кира тяжело вздохнула и поплелась переодеваться.

Машина дяди стояла перед их магазином. Стас припарковался чуть поодаль. Все это время он молчал, хотя обычно любил почесать языком. Среди троих из их компании Стас был самым общительным. Но это изменилось. Он спонтанно приехал сюда, просто потому что скучал по Кире, хотел взглянуть на нее мельком. Ночами мужчина лежал без сна с телефоном в руке, не решаясь позвонить или написать.

Все думали, что изначально они с Кирой поженились из-за настойчивости бабушки. Но все было не так. Стас, как взрослый человек, не стал бы вот так жениться на девушке, не питая к ней чувств. Если бы все ограничивалось желанием бабушки, он бы уже давно взял какую-нибудь дамочку в жены. С чего бы ему дожидаться встречи с Кирой, чтобы наконец жениться?

Сейчас Стас очень хорошо понимал свои чувства. Нет, он уже давно все понял. Кира ему нравилась. Он любил ее. Все душевная боль крылась в этих словах.

Пусть не встретиться, но хотя бы взглянуть на нее одним глазком Стас очень хотел. Просто потому что любил.

Увидев у входа Юрия Леонидовича, Стас растерял всю уверенность. Он не решался выйти из машины, боясь быть замеченным и просто сидел, выжидая момент.

Через какое-то время он увидел Киру. На ней было белое до колена праздничное платье. Ее тонкую изящную фигуру словно бы облачили в лунный свет. Из собранных наверх черных вьющихся волос случайно выбилась она прядка, и это предавало женщине еще больше очарования.

Чтобы придать лицо свежий вид, Кира нанесла макияж, скрывая бледность.

Увидев ее, Юрий Леонидович засиял:

— Красавица. Жалко такой красоте пропадать в офисе. Нужно пойти людей помучить.

Кира прикинулась раздраженной.

— Если хочешь меня развеселить, то не получится.

— Ну что ты. Просто такая красавица рядом придаст мне статуса, — рассмеялся Юрий Леонидович.

Кира тоже усмехнулась.

— Если я схожу с тобой, то это считается за выполненную услугу?

— Да, — дядя открыл дверь машины.

— Тогда ты у меня в долгу, — девушка залезла внутрь.

Юрий Леонидович не спешил садиться за руль. Он замер у двери и со смешком в голове поинтересовался:

— Я разве что-то плохое тебе делаю? Как сопровождение на мероприятие можно в долг записать? Почему ты такая мелочная?

— Неважно. Либо так, либо не поеду, — Кира сделала вид, что собирается выйти из машины, хотя на самом деле просто шутила.

— Ладно-ладно, — удержал ее дядя. – В долгу так в долгу. – он причмокнул губами и продолжил. – Я ведь хотел помочь тебе развеяться. Как так вышло, что я теперь тебе должен? Верно говорят: «дай человеку палец – он и всю руку откусит». Вот и ты так.

Кира подняла на него глаза. Она накрасилась, поэтому ее глаза были более яркими и выразительными.

— А сам-то?

Юрий Леонидович хмыкнул.

— Что за разговорчики?

Вот ведь язык у чертовки подвешен, подумал дядя и сел на водительское место. Вскоре машина скрылась из вида.

Стас так и застыл на месте, не сводя глаз с дороги

Он долго не мог прийти в себя. Как давно Кира покинула его? Похоже, она уже оправилась. Это из-за Юрия? Да, Кира и раньше любила с ним поболтать.

Стас прикрыл глаза. Кира и Юрий вместе…? В груди все сжалось от боли. Сердце словно кто-то вырвал, оставив кровавый след.

Ночью Стас почти не отдыхал. Приехав в Воронеж, он тоже едва ли успел перевести дух, сразу поехал к Кире. Однако мужчина и помыслить не мог, что она принарядится и куда-то уедет с Юрием. Из без того налитые кровью глаза Стаса еще сильнее покраснели.

Внезапно он рассмеялся. Смех этот был полон горечи. Если Кира счастлива, то и он тоже. Все уже было оговорено, разве что официальных бумаг не оформили. У нее теперь своя жизнь. Однако боль в сердце затрудняла дыхание.

Ветер сорвал листок с дерева и закружил в воздухе. Он упал на лобовое стекло машины, а затем его вновь унесло в неизвестном направлении. Стас чувствовал себя этим листочком: одинокий, всеми отвергнутый и покинутый.

Простояв на этом месте целую вечность, он завел машину и уехал. Мужчина вновь вел машину без остановок и по возвращении почувствовал себя окончательно разбитым. Тело уже едва слушалось его.

Он был раздавлен, и прежде всего улыбкой, которой Кира одарила другого мужчину. Сколько бы Стас ни убежал себя искренне порадоваться за женщину, все равно не мог относится к этому спокойно.