— Твоя нога еще не полностью зажила, если ты будешь ходить без опоры, то снова получишь травму, я отнесу тебя, — Стас, растерявшись на секунду, догнал ее и поднял на руки.

Девушка сейчас весила намного легче, чем раньше.

— Мне не нужна твоя помощь, отпусти меня! — сопротивляясь, Кира стала беспорядочно бить того по голове.

— Если ты будешь скандалить, то все начнут беспокоиться. — Не смотря на все ее сопротивления и колкости, Стас не отпускал Киру.

Он принес ее в комнату, запер двери и положил ее на кровать.

— Ты можешь ненавидеть меня, доставлять мне хлопоты и испытывать отвращение ко мне, мне все равно. Я решил, больше я не буду слушать тебя, а буду действовать согласно со своим желанием добиться тебя. Если ты откажешься — это твое дело, а мое стремление добиться тебя — это мое дело. Я не могу заставить тебя принять меня, а ты не сможешь убедить меня оставить тебя. — Сказал Стас, держа руки Киры и не обращая внимания на ее сопротивление.

Кира сквозь крупные слезы, льющиеся из глаз, смутно разглядела на лице Стаса отпечаток своей пятерни.

— Ты полагаешь, что вот так я снова приму тебя? — задыхаясь от плача, спросила она.

— Я не прошу тебя принять меня, но я имею право добиваться ту, кто мне нравиться, и это не твое дело! — Договорив, Стас встал на ноги, поправил свой воротник измятый Кирой и по-джентельменски улыбнулся.

— Позволь представиться тебе, меня зовут Романенко Стас. Я сейчас управляю адвокатской фирмой, не смею гарантировать, что моя жена в будущем будет как сыр в масле валяться, но я способен сделать так, чтобы она не беспокоилась о пище, жилье и предметах первой необходимости. У меня нет родителей, осталась лишь престарелая бабушка. Хотя мои обстоятельства не очень хороши, но и не совсем плохи. Кира, ты мне очень нравишься. Я решил с этого момента добиваться тебя, каждый человек имеет право стремиться к счастью. Ты можешь отвергнуть мои ухаживания, но не можешь запретить мне добиваться тебя. Пусть ты считаешь меня бесстыжим и бессовестным, мне все равно. Но если я не буду следовать истинному зову своего сердца, я потом буду сожалеть, а я не хочу позволять себе испытывать сожаление. Поэтому, никто не имеет права запрещать мне любить тебя.

Девушка больше не могла ничего говорить, а лишь продолжала непрерывно плакать.

— Не плачь. Я мучаюсь, когда ты плачешь, — проговорил Стас, вытирая ее слезы.

— Почему ты преследуешь меня! — Кира заорала на него.

— Я ясно сказал тебе, я просто следую истинному зову своего сердца, никто не сможет помешать мне! Своими рыданиями ты заставляешь меня думать, что ты мягкосердечна, — поглаживая ее по лицу и продолжая утирать слезы Киры, ответил ей Стас.

— Уйди! — Кира уже давно пребывала из-за него в истерике и ее ничего не заботило, кроме того чтобы он исчез с глаз ее долой.

— Кира... — не сдвинувшись с места, Стас посмотрел на нее.

— Мне умереть прямо у тебя на глазах, чтобы ты отстал от меня?! — Кира схватилась за грудь уже почти в не состоянии дышать. Больно, очень больно, ей казалось, что она вот-вот умрет.

— Я дам тебе время, — Стас больше не смел оказывать на нее давление и медленно поднявшись на ноги, вышел из комнаты. Когда он закрыл за собой дверь, Кира стала рыдать еще громче. Светлана, стоящая у лестницы тяжело вздохнула, когда увидела Стаса. Те слишком громко ругались только что внизу, и все люди в доме слышали это, но, проявив тактичность, никто не вмешался.

— Пошли к своей комнате. — сказал Дмитрий, крепко обнявший Светлану.

— Я хочу спросить тебя, только ответь мне честно, — сказала Светлана, когда Дмитрий увел ее в спальню.

— Да, говори.

— Если бы я не могла родить тебе детей, ты относился бы ко мне так же хорошо, как сейчас? — Светлана, запрокинув голову, посмотрела на Дмитрия.

— Что за странный вопрос?

Их дети уже достаточно большие, почему она задает такие вопросы, причем гипотетические, и зачем отвечать на них?

— Отвечай честно и искренне. — Светлана, настаивая на своем, вцепилась в ворот рубашки Дмитрия.

— Если бы ты не смогла родить мне детей, я бы также любил тебя, но испытывал бы сожаление, — опустив глаза на ее маленькую ручку, Дмитрий сказал Светлане.

Когда двое влюбленных вместе, но у них нет даже одного ребенка — это своего рода досадное сожаление. Дмитрий даже и подумать не мог, что в его жизни нет Машеньки и Пашки.

Светлана медленно опустила свои руки. Что Кира будет делать в будущем?

— Что с тобой? — Дмитрий спросил ее, заметив, что что-то не так с ее настроением.

— Ничего.