Маша старательно кивнула, выражая глубокое почтение брату. Разница между ними составляла всего несколько минут, но Павел казался намного более зрелым и разумным.

Маша обладала типичной внешностью девочки, была очаровательна и невинна.

Светлана уже приготовила стол к ужину и произнесла:

— Все готово, мойте руки и садитесь есть.

Максим подошел и протянул руки, чтобы обнять Машу.

— Максим, иди поешь, а я пойду их помою, — сказала Светлана, потянув его за стол.

— Давай помогу, — сказал Максим. Он не был холоден с ней, несмотря на их недавний разговор.

— Максим Захарович, пусть Света идет, а вы садитесь за стол, — вежливо произнесла Виктория Александровна, подойдя к столу.

Максиму ничего не оставалось, кроме как сесть за стол. Виктория Александровна взяла бутылку вина и то же села за стол.

Она взглянула в сторону ванной и, убедившись, что Светлана не услышит ее слова, произнесла:

— От лица Светы я благодарю вас за все эти годы, — произнесла она, наливая вино себе и Максиму.

По сравнению с водкой, вино пилось намного мягче и не так сильно обжигало горло.

— Я надеюсь, что вы с ней будете вместе, — произнесла она, допив вино в бокале. — Но у Светы довольно упрямый характер, и все ее мысли заняты детьми. А вы уже не молоды, и вам нужно обзавестись семьей.

— Виктория Александровна, может вы уговорите ее? — сказал Максим, взглянув на бокал вина, стоящий перед ним, но не стал его пить.

Разве она не уговаривала ее? Виктория Александровна всегда была довольна Максимом, ведь это он заботился о Свете в самые трудные времена, это он забрал ее. И без помощи Максима Света не была бы такой, какой она является сейчас.

Виктория Александровна была очень благодарна Максиму, но не могла ничего поделать. Светлана этого не хотела.

— Сколько раз рассказывала, обсуждала, убеждала, — горько улыбнулась Виктория Александровна. — Но она меня не слушает.

Она понимала, почему дочка так себя ведет, в конце концов, у нее двое детей, а семья Суворовых была очень хорошая и престижная, и сам Максим тоже очень хороший парень. Даже если он не отвергнет ее, вряд ли она сама перестанет думать об этом. Ведь в наши времени приютить чужого малыша способен далеко не каждый мужик.

Максим взял бокал со стола и осушил его.

— Я не сдамся, — произнес он, поставив бокал на стол.

Он будет ждать, пока она не согласится.

— Зачем вам это? Она ведь упрямая как осел. Не стоит ее ждать…

В этот момент пришла Светлана, одной рукой она держала Машу, а второй вела за собой Павла.

Виктория Александровна закрыла рот и потянулась к Маше, чтобы взять ее на руки.

— Иди, бабушка тебя подержит.

— Пусть мамочка меня подержит, — сказала Маша, не отпуская Светланину шею.

Она была очень привязана к матери. Светлана всегда очень занята, и у нее мало времени, чтобы позаботиться о них. И теперь, когда у Маши есть возможность посидеть у мамы на ручках, она этого не упустит.

Виктория Александровна взглянула на нее с притворным недовольством

— Посмотри на Пашу. Какой послушный!

Паша уже самостоятельно залез на стул и начал есть. Услышав, как бабушка упомянула его, он поднял голову, посмотрел на свою сестру и с серьезным видом произнес:

— Маша еще маленькая.

Виктория Александровна ничего не сказала и подумала про себя, что Паша ведь всего на несколько минут старше Маши. Глядя на этого юного сорванца, она не сдержала смех.

Светлана с Машей на руках села ужинать.

После ужина Максиму нужно было уходить, и Виктория Александровна забрала девчонку из рук Светы и произнесла:

— Проводи Максима Захаровича.

— Максим, давай я тебя провожу, — отзывчиво сказала Светлана, встав со стула.

Хоть она и не могла смириться с чувствами Максима к ней, но она была очень благодарна ему. За эти годы он действительно очень помог ей.

— Хорошо, — Максим нежно улыбнулся.

Друг за другом они вышли из комнаты, Светлана шла позади и закрыла за собой дверь.

— Ты когда-нибудь думала о том, чтобы вернуться в Россию? — с неуверенностью спросил Максим.

— Нет, — Светлана покачала головой.

Это действительно было так. Сейчас в ее жизни было все хорошо.

— Возможно, эти несколько дней я не смогу приезжать к тебе, — сказал Максим, опустив голову.

Во-первых, у него были дела по работе, во-вторых, ему также нужно было вернуться на родину. Времени не будет.