— Кхм… ты хочешь сказать, что когда-то была общей наложницей для правящей верхушки ксантарианцев? — Брей смотрел на меня так, будто у меня не радужка сиять начала, а рога, как минимум, из буйной гривы на голове пробились и на глазах потянулись к солнцу.

— У ксантарианцев это не принято. Табу. Они не делятся женщинами. Ни с друзьями, ни даже с братьями. Для них, благодаря особенностям расы, это слишком интимно, сакрально я бы сказал. — Кэлл с недоверием смотрит на меня. Думает я вру? А ксантарианцы, получается, действительно братья. В этом "воспоминания" меня не обманули.

— Он прав. Я тоже никогда не слышал об общих наложницах… — поддерживает фуррианца дайго.

— А о жёнах? — тихо роняю я. Уже не так уверенно. Может я что-то напутала, может не так поняла.

— Что…?! — неожиданно резко подаётся вперёд Рейн, пугая меня. — Кира…?!? — Он склоняется и мягко приподнимает мое лицо за подбородок. — Объясни пожалуйста, это очень важно!

Синие глаза лихорадочно мерцают в полумраке на бесстрастном сейчас лице. Сам соурри напряжённо ждёт моего ответа, ничем больше не выдавая своего нетерпения, но его хвост тот ещё предатель.

— Они называли меня ласково "Наша робкая, сладкая малышка. Наша красивая… ЖЁНУШКА"... — говорю я, прямо глядя в синие глаза моего змея. Последнее слово выдыхаю совсем тихо. Но меня слышат. Все слышат.

Рейн от услышанного застывает, импульсивно сильнее сжав пальцами мой подбородок, но затем спохватывается и отпускает. Как-то заторможенно соскальзывает в сторону. Смотрит в одну точку над моей головой, о чем-то лихорадочно размышляя.

— Невозможно. У ксантарианцев вообще не бывает жен. Институт брака ими был упразднен… — веско роняет настырный Кэлл и тут же словно спотыкается, неверяще округлив глаза.

— ...около четырехсот лет назад, — многозначительно заканчивает за него как никогда мрачный Рон и смотрит на меня. — И в этом свете становится понятным их стремление во что бы то ни стало отыскать её. Даже на нарушение Мирного соглашения не побоялись пойти.

— Постойте! — подрывается Брей и начинает лихорадочно мерить шагами пол тоннеля. — Мы сейчас серьезно рассуждаем о том, что Кира, наша Кира…?!? Нет. Это невозможно! Да и, насколько я помню, женаты верховный каратель и главнокомандующий были лишь единожды и супруга правящей тройки погибла много веков назад. — Он вдруг спотыкается и смотрит на меня во все глаза. — Вместе с их сыном…

ЧТО…?!?

С сыном?!?!?

У той, чье тело я заняла, был ребенок?!

И он погиб…

Голову пронзает уже знакомой болью и я тут же зажмуриваюсь, ожидая очередного приступа и страшась его. Ну или очередного воспоминания. Но ничего не происходит почему-то. Острая боль превращается в тупую, а затем совсем отступает. Я удивлённо и облегченно одновременно выдыхаю. Отпустило. Почему? И ощущения странные — словно ещё один кусочек пазла должен был попасть ко мне в руки, но ускользнул. Словно что-то блокировало болезненные воспоминания. Что-то? Или, может быть, я сама? Или… она?

Уф, так и до сумасшествия недалеко! Я… она… Мое тело когда-то ей принадлежавшее. Ее мужья, охотящиеся за мной… Теперь ее погибший ребенок…

Постойте. Она тоже вроде как погибла!

— Как погибла? — спрашиваю, по очереди оглядывая не менее, чем я, шокированных мужчин.

Отвечает мне Рейн, видимо как самый осведомлённый. И его тихие, пугающе безэмоциональные слова падают на меня как камни — гулко и болезненно.

— Личная прогулочная яхта правительницы была атакована неизвестными. Расправившись с кораблями сопровождения, они открыли огонь на поражение. На борту на тот момент, помимо обслуживающего персонала и личной охраны, находились она и наследник правящей тройки. Спастись никому не удалось…

Я выдыхаю. Никому… Тогда чье тело я заняла?!

— Постойте! Правительницы?! — округляю я глаза. — В смысле, правительницы?

И тут до меня ещё кое-что доходит. Они сказали "правящей тройки"! СУПРУГА ПРАВЯЩЕЙ ТРОЙКИ…

Какой ещё тройки?!?

Как оказалось, на все мои вопросы ответ был один.

— Во главе Ксантарийской империи всегда стояли специально подобранные, энергетически связанные друг с другом особым ритуалом, тройки. Главнокомандующий… Верховный каратель… И правитель, он же сильнейший темный жрец… Непобедимая правящая верхушка.

Я смотрела на Рейна, открыв рот. Где-то там ещё и правитель есть?! То есть мужей, вашу мать, не два, а три?!? И статус у них таков, что хрен отмахаешься?!?!

Я смотрю на ребят растерянно, почти испуганного. Этот страх скрыть не получается. Осознание глубины той ямы, в которую я умудрилась провалиться по воле судьбы, приходит внезапно. Правительница… Супруга трёх правителей могущественной, жестокой расы… Мать погибшего наследника — то есть та, что способна его родить…