Он держал руки в карманах и спокойно ждал своей очереди, как самый обычный посетитель ярмарки.

Наши взгляды встретились, и в уголках его губ появилась знакомая улыбка, от которой у меня начинало теплеть в груди. Он ничуть не смутился, а я — очень даже, хоть и старалась не подавать вида.

Верховный следователь Арденгарда остался стоять на своём месте, терпеливо дожидаясь, пока я обслужу покупателей впереди него, как будто не существовало дел важнее.

Когда наконец подошла его очередь, я сложила руки на груди и вопросительно подняла бровь.

— Следующий.

— Добрый вечер, — с непроницаемым видом поздоровался дракон.

— Добрый вечер. Что будете заказывать?

— Одно мороженое.

— Какое именно?

Кристиан задумчиво посмотрел на витрину.

— Самое вкусное.

— Очень содержательное описание, — я с трудом сдержала улыбку. За драконом стояли несколько человек, переступая с ноги на ногу.

— Тогда самое красивое.

Я фыркнула.

— Самое красивое уже занято.

Его выразительный взгляд скользнул по моему лицу.

— Согласен.

Щёки тут же начали предательски гореть. Вот ведь невозможный дракон! Просто мастер флирта!

— Так и будешь стоять без мороженого? — проворчала я, отворачиваясь к витрине.

— Нет. Я пришёл подготовленным.

— Неужели?

— Разумеется, — он достал из кармана несколько монет.

— С вас три серебряных, — невозмутимо сообщила я.

— Даже для мужа скидки не предусмотрено?

— Особенно для мужа.

— Жестокая женщина, — сокрушённо пробормотал дракон и вздохнул, опуская монеты на прилавок.

— Успешная женщина.

Уголки его губ дрогнули. Он быстро глянул на меня исподлобья, и сердце затрепетало, норовя рухнуть вниз живота.

С невозмутимым выражением лица я выбрала рожок с малиной и протянула ему через прилавок. Наши пальцы соприкоснулись всего на мгновение — случайно и абсолютно невинно.

Только почему-то сердце всё равно пропустило удар.

Кристиан, разумеется, заметил. И выглядел при этом до неприличия довольным собой.

— Не зазнавайся, — предупредила я шёпотом и покосилась ему за спину на очередь.

— Даже не думал, — бросил он и, тихо посмеиваясь, отошёл в сторону.

Устроился неподалёку от шатра, наблюдая за происходящим.

Я закатила глаза и принялась обслуживать следующих покупателей. Но постоянно на него отвлекалась.

Временами наши взгляды встречались. Иногда ловила себя на том, что ищу его глазами среди толпы, а когда находила — на душе становилось удивительно спокойно.

Мы обменивались улыбками, понятными только нам двоим. Если кто-то и замечал, то было совершенно плевать.

Последние посетители разошлись уже поздним вечером. Музыка на площади звучала тише, чем днём, карусели продолжали кружиться, но без прежней суеты.

А снег всё падал и падал крупными пушистыми хлопьями, укрывая белым покрывалом крыши шатров и ярмарочные вывески.

Я устало опустилась на стул и вытянула ноги.

— Всё, — объявила Эдвина, захлопывая крышку деревянного ящика с выручкой. — Можно собираться и отправляться домой.

— Поддерживаю.

Тётушка довольно улыбнулась и похлопала ладонью по крышке ящика.

— А день-то удался.

Я обвела взглядом заметно опустевшую площадь, задержавшись на вывеске нашего шатра. Утром она казалась мне авантюрой. Сейчас же выглядела первым шагом к чему-то большему.

Без Эдвины и Кристиана ничего бы не вышло.

Странно осознавать, что теперь рядом были люди, которых я действительно могла назвать семьёй.

— В конце недели открытие павильона, — напомнила Эдвина. И тут же хитро прищурилась. — Нервничаешь?

— Немного, — призналась я.

— Это нормально.

Я подняла голову. Кристиан стоял неподалёку, засунув руки в карманы пальто, и наблюдал за нами. Когда Эдвина попыталась оторвать от земли примёрзшую коробку, он тут же подоспел.

Играючи поднял её и водрузил на прилавок. И посмотрел на меня.

— Ты чего улыбаешься? — подозрительно спросила я.

— Любуюсь. Счастье тебе к лицу.

Ну вот опять! Что за драконище?! Заставлял меня краснеть по поводу и без!

В ответ я злобно фыркнула. Эдвина, косясь на нас, довольно хмыкнула.

— Ладно, дети мои, разбирайтесь дальше сами. Я слишком стара для ваших переглядываний.