Учитывая, что сказано это было в лицо железному, я на мгновение растерялась. Кого из нас он все-таки замуж зовет — меня или Рондара?.. Впрочем, какая разница? Обе затеи безумны одинаково. Не знаю, как герд Янброк, а я точно не собираюсь визжать и выбирать фату.

— Это, конечно, очень мило, но… — начала я осторожно, чтобы не распалить назревающий конфликт окончательно. — Я как-то еще не остепенилась. И в академии мне еще год учиться…

— Она останется здесь, — перебил железный.

Да что ж такое! Может, после поцелуя с Анриком я обрела дар невидимости? Меня здесь вообще кто-нибудь заметит?..

— Так и быть. — Золотой сдался так легко, что мне даже как-то обидно стало. Первый раз в жизни мне сделали предложение и уже через минуту забрали его обратно. Мог хотя бы для виду покобениться… — Считай, что это наша компенсация за фейскую академию.

— Нет, Анрик, — спокойно отозвался Рондар. — Академию я вам не уступлю.

— Что? — опешил золотой. — Ты хоть понимаешь, что это значит? Неужели ты готов сражаться с нашим кланом из-за каких-то фей и их пыли?

— А причем тут пыль? — встряла я, не сдержав любопытства. — Ты же говорил, что…

— Помолчи! — драконы рявкнули на меня хором, и я решила, что, в сущности, могу и потерпеть с вопросами.

— Я не собираюсь сражаться с вашим кланом, — продолжил Рондар уже тише. — Я буду биться лично с тобой, Анрик. Жду тебя завтра утром на арене.

В детстве я очень любила мечтать о том, кем же мне стать, когда я вырасту. Причем вариантов у меня было много: то меня вдруг тянуло в ветеринарию, и я собиралась открыть свою ферму единорогов, уж больно мне нравилось единорожье молоко, то заявляла маме, чтобы та записала меня на курсы юных фейгвардейцев. В пять-то лет!

— Я буду боевым музыкантом, — говорила я, ударяя кулачком по столу, отчего пудинг в моей тарелке испуганно дрожал.

— Эйлин, ты же меняешь решение по сто раз на дню! — посмеивалась мама. — Успокойся. Музы еще укажут тебе твой путь…

И они указали. Вот только я и представить не могла, что у них такое злое чувство юмора! И почему их считают покровителями фей? Я ведь честно молилась им ежедневно, перед каждым экзаменом или концертом носила в храм свежайшие пионы, — цветок моего рода. То ли цветы им чем-то не угодили, то ли я. Потому что завели они меня в самый что ни на есть тупик. А как еще обозвать тот факт, что из меня сделали трофей на драконьем поединке?

— Если я одержу победу, герд Янброк, — торжественно сообщил Рондару Анрик на глазах у десятков зрителей, — то фея поедет со мной.

— Ключевое слово — «если», — парировал железный.

Я сидела на третьем ряду, вжимаясь в каменную скамейку, и не верила, что все это происходит со мной наяву. Рев перевозбужденной толпы, горящие глаза, жаждущие зрелищ… Проклятый Фервир! Похоже, на их арене никогда не проводили ничего кроме кровавых сражений. Нет бы концерты для разнообразия устраивали или театральные представления… Глядишь, и облагородились бы немного.

— Жгите, герд! — надрывался кузнец у меня за спиной, а парень слева просто орал дурниной, и непонятно было даже, болеет он так за Рондара или просто прищемил себе что-нибудь железными тисками.

Музы, как же я старалась предотвратить этот кошмар! Меня дракон, разумеется, не слушал. Даже в спальню к себе не пустил к вящей радости Маисы. Тогда я поспешно отправила бабочку в Тайфо. Мне было уже не до Найлы, я решила вызвать тетю Талею, — ей как никому было невыгодно терять защитника в лице Рондара. В конце концов, это она затеяла всю заварушку, сама столкнула два клана. Я понимала, что Талея Рондара не переубедит, но надеялась хотя бы, что ее появление отвлечет железного от разборок с Анриком. Начнутся долгие утомительные переговоры, и все забудут про первобытное выяснение отношений на кулаках. Ну, или что там делают драконы — огненными струями меряются?

Бабочка благополучно улетела, и тут до меня дошло, что даже если она очень поторопится, то в академии будет в лучшем случае к вечеру. А по ночам тетя Талея летать не любит, — мы, феи, всю жизнь проводим под ярким солнцем, и в темноте видим очень плохо. Я в свое время совершила пару ночных вылазок, вооружившись светлячками, и то все закончилось плачевно: сломанным крылом и развороченным кустом роз у библиотечного корпуса. Ректоресса бы на такое сумасбродство точно не пошла, к тому же фервирские горы — не самое безопасное место, тут уж если упадешь, то не в цветы, а прямиком на острые камни.

Пометавшись по комнате в отчаянных попытках придумать план получше, я вдруг вспомнила про Готрида. Да, он вел свою игру, и не самую честную, но все же Рондар пока еще ему доверял! Если кто и мог отговорить герда от драки, то только его старший родственник. Недаром ведь он ходит у своего племянника в советниках!

Как вскоре выяснилось, это была еще более глупая затея, чем вызвать тетушку. Слова Готрида до сих пор стояли у меня в ушах: