Договорить не успела, Ольга откинула мою руку почти зло, будто я сделала ей больно. От легкого удара я отшатнулась и села, не больно ударившись о пол. Такая перемена в ее настроении удивила, но, кажется, была вполне ожидаемой. Даже не знаю, что думать о ее психическом состоянии, наверное, ей бы врачу показаться.

– Я всего достойна! Не тебе говорить, что я должна делать, а что – нет! – Ольга поднялась на ноги. – Какая же ты дрянь, раз считаешь себя выше меня. Я тебе не девочка, которая побежит, стоит пожалеть.

– Но я не…

Как сказать ей, что я на самом деле начала сопереживать, даже не подумав о том, сколько всего плохого она сотворила раньше. Максим вот точно не обрадуется даже моему минутному чувству жалости, если узнает, что сделала Ольга.

– Заткнись! – она пнула меня по ноге и пошла дальше. – Что я с тобой вожусь? Нужно придушить и все, никаких проблем, еще одна конкурентка уйдет в прошлое.

Сглотнула и попыталась отползти, но замерла, решив, что не стоит привлекать к себе внимание. Я должна выжить ради себя и малыша ради чего-то большего, чем какая-та глупость типа жалости к человеку, который этого не заслуживает.

Ольга резким движением выхватила нож из подставки на столе, несколько раз им взмахнула, словно примериваясь, как получше перерезать горло, и обернулась ко мне.

– Чик – и нету мерзкого человека, – засмеялась она.

Но сделать ничего не успела, только шагнула ко мне, а потом ее остановил звук дверного звонка.

Я выдохнула, надеясь, что это парни отмерли и пришли за мной, но шансов на такой чудесный исход дела было мало. Впрочем, надежда всегда умирает последней. А я еще верю, что и для меня наступят лучшие дни. Когда-нибудь.

– Кого еще принесло? – рявкнула она и пошла к двери.

Я быстро поднялась, чтобы не сидеть на холодном полу, метнулась к столу, где стояли ножи, и спрятала один из них, самый маленький, в карман. Я ни на что не надеялась, но так было легче, словно появилась защита от самого страшного.

– Что это на тебе? Оденься немедленно, выглядишь как шлюха! – голос Босса разнесся по квартире. Он даже не пытался его приглушить, зло и громко разговаривая с сестрой.

– А, может, и шлюха! – взвизгнула Ольга.

Я замерла, потому что в воцарившейся тишине были отчётливо слышны тяжелые мужские шаги.

– О, – Босс зашел на кухню и увидел меня. – А я-то думал, чьим страхом провонялась вся хата… Ну, здравствуй, баба Горского, – он потянул носом и скривился. – Хм, и чья ж ты баба? Да еще и брюхатая… Олька! – девушка медлила, и Босс разъярился. – Сюда, живо! – еще полминуты, и она появилась на пороге. – Что эта здесь делает? – и указал на меня.

– Зашла в гости, – криво улыбнулась Ольга.

На ней уже был халат, который закрывал большую часть тела, что должно было удовлетворить ее требовательного брата. Мне даже показалось, что она специально встала в позу, которая неминуемо вывела бы его из себя.

– С твоей помощью, – ухмыльнулся и обернулся ко мне. – Гостья? Кажется, Горский будет недоволен твоим нахождением здесь, но мы ведь сумеем найти с тобой выход, который принесет пользу всем нам? Правда? – я молчала, но ему и не нужен был ответ. – Мило, что ты такая тихая, не люблю истеричных баб, одной хватает.

Ольга дернула подбородком, и ненависть в ее глазах стала еще ярче. Но я не заставляла ее меня сюда тащить, устраивать дурдом на пустом месте. Если ей так хочется власти и денег, то всегда можно найти разумное решение, а она просто зациклилась на Максе и Леше, не видя больше ничего и никого. Неужели среди оборотней нет никого, кто мог бы с ними сравниться? Ну, для меня точно нет, но мои чувства уже дело решенное, а у нее… Наверняка брат предлагал ей пути решения.

– Конечно, у тебя все милые, – прошипела Ольга.

– Заткнулась. Так, Анечка, да? Максим ради тебя на большие жертвы пошел, понимаешь?

– Да…

– И, как думаешь, это конец? Если я предложу ему обмен, он согласится? Да, побежит, как миленький, чтобы бабу свою вытащить. Ты ведь ему не истинная? – спросил он, вдруг призадумавшись.

– Она другому Горскому пара, – встряла Ольга. – Прикольно, да? – и засмеялась.

Босс оглянулся на нее, рыкнул, и его сестра замолчала, испуганно поджав губы.

– Истинная, значит, – задумчиво повторил Босс. – Это меняет многое… Но не для меня. И не для тебя. В первую очередь, ты – баба, не волчица, человек, а это снимает с меня все обязательства перед Луной. Даже от законов можно откупиться.

Он подошел ко мне совсем близко, и я замерла, от ужаса не в силах даже вздохнуть. Не понимаю, почему все оборотни так интересуются мной? Пусть Леше я истинная пара, Максу – мать его ребенка, а Боссу? Просто разменная монета в спорах, с помощью которой можно получить все, что угодно. И это пугает.