– Ой, вот, не надо психологических лекций, – оборвала она меня. – Еще расскажи, как я должна была поступить, открыть в себе новый дивный мир. Ага, знаем, проходили. Я не дура, чтобы начинать все с чистого листа. Деньги, Анечка, деньги правят миром, без денег ты никто, запомни. Я не хочу мифической свободы, я хочу власти.

Мы свернули с дороги в темный двор, дождались, пока поднимется шлагбаум и заехали на подземную парковку. Еще один элитный дом для оборотней, правда, несколько скромнее. Значит, не всегда Ольга жила с братом, были у нее и свободные дни.

– Вываливайся, приехали. Погостишь у меня пару деньков, пока я не придумаю, что с тобой делать.

Меня немного трясло, пока мы поднимались в лифте, но я списала это на нервную обстановку. Ольга выводила из себя, но я держалась, понимая, что сейчас, в ее нынешнем состоянии, лучше вести себя сдержано, не злить неадекватную волчицу.

Квартира оказалась простой и безликой. Да, тут было неплохо, но декоратор словно собрал все, что было в магазине, приволок сюда и распихал по углам, не размышляя, сочетаются ли вещи вообще. Дорогая безвкусица.

– Нравится? Сама обставляла, – похвасталась Ольга. – То немногое, что умею.

Я промолчала, ей это не понравилось. Стоило, наверное, хоть из вежливости что-нибудь сказать. Но зачем врать тому, кто практически похитил меня, увез силой неизвестно с какими намерениями.

Ольга закрыла за мной дверь и пошла в перед, словно в один миг потеряв ко мне интерес. Она сбросила на пол пальто, скинула обувь, взъерошила волосы и скрылась в темноте коридора. Я осталась стоять, недоумевая, что вообще происходит. Она ненормальная? Скорее всего, именно так и есть.

– Что ты встала? – донеслось из глубины квартиры. – Будешь тупить, запру где-нибудь. Терпеть не могу, когда меня бесят. Сюда топай! Живо!

Я ее еще и бешу.

Сглотнула комок, вставший в горле. Слез и страха уже не было, хотя ожидать можно было чего угодно. Я попала в историю похуже, чем могла представить. Сбежать она мне точно не позволит, разве что я просто поговорю с ней, и Ольга меня отпустит. Или дождусь, когда она уснет, найду ключи и выберусь сама.

В любом случае, сейчас главное – не тупить и не раздражать ее, а еще попытаться выяснить, чего же она хочет.

Я не умела видеть в темноте, но пройдя немного, увидела впереди свет, так что добралась без приключений и синяков. Это была кухня, что не удивительно, вечно важные разговоры случаются на кухне.

Ольга сидела прямо на столе, а ее одежда кучей валялась на полу. Хорошо, что на ней осталось белье, чулки и длинная майка, которая, впрочем, почти ничего не закрывала. Это настолько странно, что я даже забыла, что должна ее бояться. В руках Ольга держала открытую бутылку с вином, покачивая ее, а когда я вошла, расплылась в довольной улыбке.

– Будешь?

– Нет, – осторожно обошла ее, присматривая, где, если что, можно найти оружие.

Ножи в подставке на столе, сковорода на плите. Да, все это можно будет использовать, если забыть, что Ольга – оборотень.

– И чего это? – фыркнула она. – А… Ты же беременная. Ну, и ладно, мне больше достанется, – и отпила прямо из горла. – Гадость, но в голову бьет хорошо.

– Зачем ты меня сюда привезла?

– Ой, да хватит вопросов! Сейчас разозлюсь и, – она вдруг всхлипнула и, размахнувшись, отправила бутылку в стену. – Ненавижу!

По светлой стене расплылось темно-красное пятно. Я вздрогнула, трудно было отвести взгляд от сверкающих осколков и ярких капель, но я смогла. Посмотрела на Ольгу, которая так и сидела на краю столешницы и раскачивалась из стороны в сторону.

– Кого ты ненавидишь? – спросила тихо.

– Всех. Вас всех. Такие благополучные, добренькие, счастливые… Почему я не могу быть счастливой? Почему? Почему каждый мой день – это борьба за крохи, которые вы даже не замечаете? Я хочу денег, хочу власти, хочу хоть чего-то, что даст мне уверенности, что я проснусь завтра живой.

– Ты живая…

– Да? – засмеялась она. Я видела, что Ольга на грани истерики, самой обычной, женской истерики, которую просто нужно переждать, переболеть, успокоиться.

Такой, после которой лично у меня начались проблемы в жизни. И появилась маленькая радость под сердцем.

– Уходи от брата, начти новую жизнь…

– Уйти? Кто меня отпустит? – она сползла со стола и села на пол, закрыла ладонями лицо. – Он лучше убьет, чем отпустит…

Плечи Ольги начали вздрагивать, и я не выдержала. Подошла, опустилась рядом на колени и обняла, совершенно не думая, чем это может мне грозить.

– Все будет хорошо, – я погладила ее по голове. – Не думай о том, что ты чего-то недостойна…