Она вспыхнула, понимая, что муж готов обвинить ее в смерти родителей.

- Я не виновата в их смерти, - сказала она, глядя прямо в глаза Эрику, в которых сейчас не было ни капли тепла. – Я предупреждала, чтобы они не выходили в море, просила тебя, чтобы ты остановил их.

Он усмехнулся, помотал головой.

- Эрик, скажи, разве ты не хотел бы посмотреть на свою дочь?

Он опять криво усмехнулся.

- Дочь. Ты мне обещала родить сына. Где твое обещание?

- У нас обязательно будет сын.

- Это тебе сказала твоя Фрейя?

- Да, - она кивнула головой. – Если мы будем вместе, у нас будет сын.

- Ладно, иди к себе. Мне некогда. Слишком много дел, которые требует решения.

Она хотела еще что-то сказать, но повернулась и пошла к двери, не опуская голову. Ей винить себя не в чем. Хельга уже взялась за ручку двери, как услышала голос мужа:

- Мы должны устроить тризну по погибшим. Собери гостей в замке через десять дней. Хоть в этом мне пригодишься.

Она ничего не ответила, открыла дверь и пошла к себе.

В комнате ее встретила Агнес, которая увидела состояние дочери.

- Рассказывай, что он тебе сказал, - потребовала она.

Хельга старалась держать себя в руках, но расплакалась, когда дошла до приказа мужа пригласить всех ярлов на пир.

- Будь в комнате, выпей настойку. Я сейчас вернусь, - сказала Агнес и вышла.

***

После ухода жены Эрик сжал в руках перо, сломав его. Он ненавидел ее. Как она посмела явиться к нему после всего? И как посмела говорить, что не виновата в смерти его родителей? Разве не она пророчила их гибель? Ведьма. И опять родила ему никчемную девчонку, когда ему нужен наследник.

Он уже собрался вернуться к своим делам, как открылась дверь и вошла Агнес. Он боялся эту женщину, которая давила на него, смотрела так, словно знает все его тайные мысли и желания.

- Что тебе надо? – спросил он, загоняя свой страх подальше. Князю не пристало бояться какой-то вельды.

- Я пришла поговорить, - голос Агнес звучал слишком спокойно, но требовательно.

Эрик понял, что избавиться от нее не получится.

- Что ты хочешь?

- Скажи, князь, что с тобой происходит? Почему ты своими руками убиваешь свое счастье?

- Счастье? – он иронично поднял бровь. – А не кажется ли тебе, велья, что ты лезешь не в свое дело?

- Не в свое? – ее бровь также поднялась, а в голосе послышалась насмешка. – Я не лезу в твои княжеские дела, не указываю, кого приближать, кого наказывать, сколько налогов собирать, хотя могла бы тебе подсказать, что не стоит душить народ, ничего не давая ему взамен. Не стоит приближать к себе тех, кто в любой момент может повернуться к тебе спиной, если кто-то предложит им больше денег и власти, чем ты. Не стоит отказываться от помощи тех, кто бескорыстно готов помогать. Не стоит размениваться на мелких людей, когда рядом есть настоящие алмазы. Но я не об этом, - она взмахнула рукой, словно отмахиваясь от этих проблем. – Я о том, что буду вмешиваться в твои отношения с Хельгой потому, что она моя дочь и ты своими поступками делаешь ей больно.

- Больно? А она не делает мне больно? Разве это не она накликала гибель моих родителей? Разве это не она обещала мне наследника и опять родила девку? Что я буду с ними делать?

- Скажи, Эрик, - она понизила голос, но от этого он стал еще страшнее, - разве Хельга виновата в том, что хотела остановить их гибель? Мне тоже богиня показали их гибель, поэтому я спешила сюда, чтобы остановить их, но не успела. Я не знаю, кого ты так прогневал, но эта буря была не простой. Злые силы хотели уничтожить тебя , это ведь ты должен был плыть в этот раз на остров твоих Предков?

Эрик замер. Холодная волна страха пробежала по его спине. Он хотел что-то сказать женщине, которая стояла перед ним, как богиня возмездия, но не находил в себе сил открыть рот.

- Скажи, разве Хельга не говорила, чтобы они не выходили в море? Разве она не просила тебя остановить их, когда была такая возможность. Может, это ты виноват в их гибели, когда не захотел услышать жену?

Лицо мужчины побледнело. Он вспомнил холодные пальцы жены, которыми она цеплялась за его руку.