— Это Максим.

— Но… Как такое возможно? — Я не знаю, как реагировать. Не знаю, верить ли Валериану или нет.

— Максим был тогда в Фламе. Третье мая — годовщина смерти его жены. Татуировка на его груди — анаграмма. Но обо всем этом тебе лучше поговорить с ним. И ДНК-тест мы уже сделали. Все совпало.

Мне требуется время, чтобы осмыслить полученную информацию. Я бегаю взглядом по ателье и задерживаю его на близнецах. Они стоят у входа, наблюдая за происходящим.

— Поэтому вы меня искали? — шепчу дрожащим голосом. Сердце снова разбивается.

— Вивиен… — Валериан слегка хмурится.

— Уходи! — Из горла вырывается всхлип. — Зачем ты пришел?! Отправил бы кого-нибудь! Зачем пришел сам?!

— Виви…

— Ты прогнал меня! Прогнал! — По моим щекам скатываются слезы, и я резко встаю. Валериан поднимается вслед за мной. — Ненавижу тебя! — Начинаю бить его кулачками по груди.

— Виви… — Он внезапно обнимает меня и прижимает к груди. — Прости меня.

Я смогу простить. Больше не смогу поверить ему.

— Уходи, пожалуйста, — реву я, уткнувшись лицом в его грудь. — Я только-только начала приходить в себя. Оставь меня в покое. Я умоляю тебя. Не появляйся передо мной.

— Не могу, — хриплым голосом произносит мужчина.

Мое дыхание становится прерывистым, пока я стою прижатая к нему всем телом. Хочу отстраниться, но даже разум мне не подчиняется. Сердце тянется к нему. Оно разбито, раздавлено, но все равно желает быть рядом с этим мужчиной. Словно мир существует только рядом с ним.

Какая же я слабая. Вместо того, чтобы оттолкнуть его, плачу в его объятиях. Зная, что он не любит меня. Что я ему не нужна. Валериан приехал только потому, что нашел моего папу. Не ради меня.

Слова мужчины все еще режут мне слух. Они всплывают в памяти, и я отстраняюсь от него. Да, у нас родятся общие дети, но вместе нам не быть. Валериан не мой родной человек. Надо чаще себе об этом напоминать.

— Давай ты присядешь, и мы поговорим, — спокойно произносит он, накрывая ладонью мою щеку.

— Я… — Я хочу оттолкнуть его, но на этот раз боль в груди становится невыносимой. Все вокруг плывет.

— Виви!

— Дети, — срывается с моих губ шепот, прежде чем все вокруг темнеет.

***

Валериан

Дети, черт возьми. Не ребенок, а дети.

Пока все внутри меня дрожит, я пытаюсь дать этой информации закрепиться в моем разуме. Но это сложно, когда в руках находится хрупкое тельце Вивиен. Я прижимаю ее к своей груди, пристально разглядывая осунувшееся лицо. Она похудела. Ее тепло уже не так ощутимо, как раньше. Кожа стала холодной, почти как моя.

— Здесь! — вскрикивает Раксалана, указывая в сторону лаборатории. И, судя по количеству охраны вокруг, это не то место, которое может посетить каждый.

Исаак останавливается у входа, и я выхожу из автомобиля с Виви на руках. Охрана никого не останавливает. Наоборот, нам помогают попасть в лабораторию. Невысокая девушка в медицинском халате показывает мне, куда занести Вивиен.

— Уложите её на кушетку и покиньте палату, — строго говорит она.

Мне приходится выполнить все инструкции и ждать в фойе вместе с братьями и Раксаланой. Периферийным зрением я замечаю, что женщина смотрит в мою сторону. Ей точно не нравится мое появление. И она посодействовала тому, чтобы поиски Виви продлились дольше, чем должны были. Уверен, что этому есть причина, явно связанная со мной.

— Что это за место? — спрашивает у Раксаланы Алан, пока мы ждем новостей.

— Место, где в случае чего мою внучку смогут защитить, — надменно отвечает женщина.

Я не поднимаю на неё взгляд, а просто смотрю в пол, прислонившись спиной к стене.

— От кого ты хочешь её защитить? От нас? — возмущается младший.

— А от кого еще?! — повышает она тон. — Я вас не знаю. Единственное, что мне известно, что вот этот вот персонаж, — тычет в мою сторону пальцем, — влюбил в себя мою внучку, а затем прогнал её. Хотел выставить обнаженную на всеобщее обозрение.

Мои ладони сжимаются в кулаки, и я слышу их хруст. Мое тело превращается в вулкан, наконец-то проснувшийся ото сна. Все горит. Каждый гребаный орган. Внутренности кипят.

— Что? — Это не мой голос. Он принадлежит монстру внутри меня.

— Ты глухой, черт возьми?! — Женщина в два шага преодолевает расстояние между нами и дает мне пощечину. — Как ты мог так поступить с ней?! В тебе вообще нет ничего человеческого?!

— Какого хрена?! — рычит Исаак, хватая Кольцову за локоть и оттягивая от меня. — Не прикасайся к моему брату или, клянусь, в следующий раз я сломаю тебе шею раньше, чем ты успеешь открыть рот.

— И умрешь сразу после меня, — усмехается Раксалана. — Это не Умбра. Здесь Фламе. Тронешь женщину и поплатишься за это жизнью.

— Ты и представить не можешь, как мне плевать на правила, когда дело касается моей семьи.