Мужчина исчезает с корзиной продуктов, а я остаюсь стоять на месте. Мне так плохо, что сердце буквально хочет вырваться из груди. Я кусаю губы, чтобы сдержать слезы, и глубоко дышу. Выдыхаю через рот, часто хлопая глазами.

Я тоже так хочу. Немного покапризничать хотя бы во время беременности. Но я не могу проснуться посреди ночи и попросить у мужа купить мне, к примеру, пончик. А он не встанет и не помчится в магазин по первой моей прихоти. Потому что у меня его просто НЕТ!

— Дурацкий день, — всхлипываю я.

Беру несколько булочек с полки и иду на кассу. Сдерживаю свои эмоции как могу, оплачивая все, что купила. Но когда выхожу на улицу, влага все же собирается в уголках глаз. Зрение становится мутным, и я сталкиваюсь с кем-то. Пакет выпадает из рук, но мужчина поднимает его и протягивает мне.

— Осторожнее, — раздается голос, заставившись меня замереть.

Я цепенею и медленно, с недоверием к собственному слуху, слегка запрокидываю голову, чтобы взглянуть на того, кто передо мной стоит. Столкнувшись взглядом с серо-зелеными равнодушными глазами, вздрагиваю.

Наверное, у меня начались галлюцинации. Это не Валериан. Это не может быть он. Пока я убеждаю себя в этом, мужчина вкладывает в мою руку пакет и уходит. Исчезает в супермаркете.

— Показалось, — уверяю я себя. — Это не Валериан. Он бы не прошел мимо. Или…

Я сглатываю слюну и разворачиваюсь, чтобы вернуться домой. Хочу сбежать от себя, от этого момента, но останавливаюсь, увидев перед собой близнецов. Не показалось.

Власовы стоят у спорткара и переглядываются. Я не могу различить их, пока один не называет имя другого.

— Алан, иди за ним, — говорит тот, у которого шрам справа на лице.

Алан проходит мимо меня, подмигнув мне, а Исаак остается стоять на месте. Я смотрю на него несколько секунд и не могу сдвинуться с места. Когда он подходит ко мне, вновь роняю пакет из-за слабости в руках. Парень поднимает его и задерживает взгляд на моем животе, который я тут же закрываю кардиганом.

Брови Власова медленно ползут вверх. В глазах появляется шок.

— Очкарик, ты беременна? — спрашивает он, нахмурившись.

Отрицательно мотая головой, я хватаю пакет и пытаюсь сбежать. Парень ловит меня за локоть и не дает уйти.

— Я провожу тебя, — строго говорит Исаак. — Идем.

— Я сама, — шепчу, вырывая руку.

— Ты боишься темноты, поэтому мы пойдем вместе. — Его тон становится ниже, а взгляд говорит о том, что это даже не обсуждается.

У меня нет желания спрашивать, откуда он об этом знает. Не сказав больше ни слова, я ухожу. Исаак следует за мной, словно тень. Он молчит, пока я не оказываюсь на пороге дома.

— Мы приехали за тобой, — говорит Власов, прежде чем я закрываю за собой дверь.

Прижавшись к стене, я скатываюсь по ней вниз и удивленно смотрю в одну точку. В груди образуется пустота. Это был Валериан. И он… Он просто прошел мимо, посмотрев на меня так, словно я никто. Просто прошел мимо.

Глава 39.1

«…Я ОБ ОДНОМ ТОЛЬКО ЖАЛЕЮ…»

Валериан

13 июля. 14:14.

— Сколько? — спрашиваю я у Алана, сидя на кровати и обхватывая руками голову. Пульсирующая боль в висках мешает думать, но я пытаюсь игнорировать её.

— Три дня, — отвечает он, протягивая мне стакан воды и таблетку.

Я сразу закидываю обезболивающее в рот, надеясь, что оно подействует как можно быстрее. Зажмурив глаза, резко распахиваю их и скольжу взглядом по близнецам, чтобы удостовериться, что на этот раз нам удалось избежать неприятных инцидентов. Судя по их внешнему виду и отсутствию на моих запястьях веревок, всё было спокойно.

— Как себя чувствуешь? — интересуется Исаак, закрыв ноутбук, за которым сидел минуту назад.

— Голова раскалывается. — Я массирую виски. — В остальном всё в порядке. Где мы?

Последнее, что я помнил, это то, что мы были в Самбре. Исаак пытался разузнать о том, где поселилась Виви, и всё. Дальше ничего нет.

— Во Фламе, — отвечает старший.

— Что мы делаем во Фламе?

Близнецы молчат, что наталкивает меня на хаотичные мысли, беспощадно атакующие мой мозг. Я словно собираю пазл в голове, чтобы понять всё самому.

— Мы нашли Вивиен, — внезапно говорит Исаак, после чего у меня перехватывает дыхание. — Она беременна.

Беременна.

Мое тело становится каменным. Стакан в руке трескается от того, что я сильно сжал его, а пульс учащается и барабанит по ушам. Моя и без того холодная кожа начинает леденеть и покрываться мурашками. Волосы на затылке встают дыбом, а в голове появляется совершенно новый алгоритм с пустыми ячейками.

Моя женщина беременна. Я стану отцом. Был ли я готов к этому? Нет. Думал ли когда-нибудь о собственном ребенке? Да. Хотел ли я его? Нет.

Я никогда не считал себя человеком, способным стать хорошим отцом. В принципе отцом. Это роль не для меня. Отец, который может забыть собственного ребенка, слишком паршивый отец. Но… Я стану папой. Папой.