– Зачем? – тут же спрашивает Аверьян. – Я ведь просил тебя держаться от него подальше, Адель.

– Ты сказал мне об этом два часа назад, – напоминаю, – а потом поделился своими…мыслями, которые я, вынуждена признать, пока не разделяю.

– М-м, – смотрит он на меня, поджав губы. – Пока. А то, что я твой муж, у которого, благо, нет проблем с памятью, тебе ни о чем не говорит? Может, стоит хотя бы прислушаться к моим словам?

– Я прислушалась.

– Да что-то незаметно.

– Аверьян, чего ты ждешь от меня? Что я молча соглашусь с твоим мнением и буду покрываться льдом всякий раз, когда мы будем встречать Богдана и его девушку?

– Ты просила меня поделиться с тобой мыслями. Хотела знать, что меня беспокоит, и я рассказал тебе. Хочешь владеть информацией – будь готова к тому, что потом с ней придется жить!

– Аверьян, я верю тебе, – говорю со вздохом. – Просто…

– «Просто», «но» и «только» значат обратное, – отчеканивает он и начинает одеваться.

– Я прислушиваюсь к тебе, Аверьян! – сбрасываю одеяло в сторону и подскакиваю на ноги. – Я слышу тебя, слушаю, понимаю, но…

– Опять это «но», – усмехается он, стоя ко мне спиной. – Твои слова теряют смысл после этого проклятого «но». Разве не понимаешь?

– Я что, не могу иметь собственного мнения?

– Не в этом случае! – резко разворачивается он и смотрит на меня сердито. – Когда дело касается твоей безопасности, ты не можешь иметь собственного мнения, потому что у тебя есть муж, и это его забота и ответственность! Ты не помнишь, не знаешь, не понимаешь, а у меня вот здесь всё осталось! Внутри! – тычет он пальцем в свою голову. – У меня сердце на части разрывалось, когда я не знал, где ты, что с тобой, жива ты или нет! А потом я часами смотрел на то, как ты спишь, ресницы твои пересчитывал! Я всё помню, словно это случилось вчера, потому что главная причина всего этого кошмара всё ещё рядом с нами! Может, если бы мы поменялись местами, ты поняла бы меня!

– Что ты такое говоришь? – вспыхивает мое лицо.

Аверьян молча и сурово смотрит на меня.

– Не говори так, – произношу с трудом. Мои глаза наполняются слезами, воздух застревает в груди. – Никогда так не говори! Я не вынесу, если с тобой… Просто не говори так.

Он молча отворачивается и снимает черную толстовку с напольной вешалки. Так и чувствую, как пропасть между нами стремительно увеличивается, и мне жизненно необходимо остановить этот убийственный процесс…

– Суд отменил условный срок! – говорю, смахнув слезу отчаяния. Движения Аверьяна замедляются. – Вика так сказала.

Аверьян издает тихий и недобрый смешок.

– Богдан выбрал не ту профессию. Чертов мастер перевоплощений. Ещё чуть-чуть и станет вторым Андрианом Монструмом.

– Мне никогда не нравился этот актер, – говорю сама не знаю, зачем.

– Ему простили оставшиеся полтора года, – бубнит Аверьян задумчиво. – Простили за хорошее поведение.

– Богдан никому не говорит об этом. Даже родители не знают.

– Они знают, но ничего не скажут, потому что это может многих расстроить. Например, наших родителей, у которых тоже хорошая память, хоть они и пытаются этого не показывать.

Осторожно подхожу к нему, обнимая себя за плечи. Хочу прижаться к нему, хочу почувствовать кожей его любовь, но от него разит таким колючим холодом, что становится не по себе.

– Собирайся, – говорит Аверьян и направляется в ванную комнату. – Ты хотела с ними поужинать, значит, так тому и быть.

– Я не хотела, – говорю сквозь зубы.

– Это ведь была твоя идея, – напоминает он с откровенной издевкой в голосе. – К тому же и повод есть.

– Аверьян, – говорю со вздохом и захожу в ванную следом за ним. – Не веди себя так.

– Как? – спрашивает, выдавив зубную пасту на щетку.

– Я не хочу туда идти. Это была плохая идея… Давай просто останемся здесь и посмотрим какой-нибудь фильм?

– Почему же? Ты ведь сама это затеяла. Ты знала, какого я мнения об этой лживой парочке, но почему-то решила, что я говорил не всерьез. Раз уж моя жена хочет провести время в компании латентного психопата, я с радостью ей это позволю.

– Ты меня обижаешь.

– А ты делаешь меня самым «счастливым», когда отказываешься верить мне.

– Я же сказала! – теряю терпение. – Я тебе верю!

– Только, просто, но? – как бы напоминает он и начинает чистить зубы.

⁂

Я уже и сама не знаю, почему вообще в моей голове зародилась эта идея. Чего я хотела, на что надеялась и какой результат ожидала получить?

Мы с Аверьяном идем в ресторан и держимся за руки, кажется, только лишь потому, что так принято ходить влюбленным. На деле же, я обижена на него, зла на себя и отчаянно хочу вернуться на час назад, чтобы проигнорировать визит Вики.

– Постой! – тяну Аверьяна за руку, когда мы подходим к крыльцу. Он неохотно поворачивается ко мне. – Я признаю, это была плохая идея!

– Ты это уже говорила.