– Ань, Петрова – дура конченая. – Соня строго заглядывает мне в глаза. – Не заслуживает она того, чтобы ты сейчас неуд получила! Сама же говорила, что она просто ждет твоей реакции. Не давай этой идиотке то, чего она так хочет. Сейчас гордо поднимешь голову и зайдешь со мной в аудиторию. Уйдешь – и Петрова точно останется в дамках.

Соня тараторит о чем-то еще, пока мой взгляд провожает до соседней аудитории широкую спину в сером худи и бритый затылок в компании все еще ржущих парней. Подруга права, напоминая мне и про тупость Полины, и про мою гордость. Петрова не первый раз так опускает меня, но почему-то сегодня особенно мерзко.

– Пошли! – В итоге Трофимова цепляется за мой локоть, как клешнями, и волоком тянет за собой. На слабых ногах я все-таки иду в аудиторию за ней. Шушуканье, косые взгляды. И не только со стороны Петровой. Но пальцы Сони крепко вцепились в мою руку. Она не дает мне сбежать. Она и преподаватель, который уже заметил нас и поприветствовал

кивком.

А я будто марафон бежала. Грудь распирает от частых ударов сердца, на щеках жар, и тело ватное. Я чувствую себя настолько разбитой, что с трудом высиживаю пару. Еле-еле сгоняю мысли в кучу, чтобы хоть как-то ответить на вопросы самостоятельной работы, пока слышу отголоски глумливого хихиканья дур через ряд сзади себя. И еще меня преследует мерзкая мысль, что, обернись я сейчас, позади будут

сидеть не только блогерши, но и Тимур в придачу. Сидеть и так же давиться смехом. Смотреть на меня так же, как и они. Как на ничтожество.

Меня не успокаивает даже то, что Соня периодически похлопывает меня по руке в течение пары. Вижу, что подруга старается не дать мне расклеиться совсем. Я с ужасом жду окончания пары. Понимаю, что лишь присутствие преподавателя не дает моим одногруппникам смеяться надо мной. Поэтому я просто сижу за столом с собранной сумкой и рассеянно смотрю в одну точку. Хочу домой. Вот и все.

Вся группа уже на низком старте. Сдали свои листки с ответами и нетерпеливо ждут звонка. Одни уже переговариваются вполголоса, другие активно зависают в телефонах. И именно последние резко начинают сеять непонятный шум и хаос в аудитории.

– Офигеть, – слышу шепот Сони и получаю ощутимый толчок от нее по ноге.

Даже вздрогнуть и обернуться не успеваю, как Трофимова уже подсовывает мне свой телефон.

– Офигеть, – как заговоренная повторяет она. – Вот это я понимаю – карма.

Оживилась уже не только Соня, но и вся аудитория. В недоумении я заглядываю в экран чужого телефона. Под звонок с пары я вижу пост из нашей группы «Подслушано в академии». Там обычно собираются все студенческие сплетни, которые только можно придумать в стенах нашей альма-матер.

На секунду у меня все замирает в груди. Там что-то обо мне? Но это буквально секунда, и сразу отпускает. Это не обо мне. На видео Полина Петрова, уплетающая стейк и в длинный затяг курящая сигарету на чьей-то кухне в какой-то компании. А по экрану пущена ярко-красная бегущая строка: «Брехливая лгунья».

Я удивленно перевожу взгляд на Соню, у которой лицо чуть ли не светится от радости. И по выражению моего она понимает беззвучный вопрос.

– Ну как что? Петрова в своем аккаунте – яростный веган, у нее же куча рекламных контрактов, завязанных на этом. Она целые магазины с веганскими продуктами рекламирует. А теперь Полине придет полный аут!

И в подтверждение ее слов сама Полина проносится мимо нашей парты и вылетает из аудитории, а следом за ней и Женя. Сразу же из коридора доносятся крики. Начинается какой-то цирк. Почти вся наша группа тоже как с цепи срывается. Толкаясь, все пытаются побыстрее выскочить в коридор. И Соня не отстает. Одна я, недоумевая, сижу за партой и жду, когда смогу просто спокойно выйти. Что вообще происходит-то? Полину кто-то решил подставить?

И когда выхожу в коридор, замираю в двух шагах от аудитории. Я мгновенно превращаюсь в самую обычную зеваку. Но по-другому никак. Потому что это действительно цирк, где на арене, окруженной студентами, Петрова, которую за руки удерживают двое парней, и… Горин?.. Полина брыкается, вовсю размахивая ногами и руками. Визжит на весь коридор:

– Что я тебе сделала, Тимур?! Гори в аду, мразь!

А на скуле Тимура горит яркая царапина, под его ногами лежит рюкзак. Подняв его, он не произносит ни слова. Глаза злые, а лицо каменное. Тимур лишь выставляет вперед средний палец прямо перед лицом Полины. А потом, молча развернувшись, просто уходит, грубо расталкивая толпу любопытных широкими плечами.

– Офигеть, – снова раздается рядом знакомое.

Соня тут как тут. – Не! Ну ты видела?!

– Угу, – ошеломленно шепчу я, не в силах отвести взгляда от удаляющегося затылка Тимура. – Это что было?

– Походу, Горин слил это видео с Полиной. Интересно, что она такого натворила-то? Или Тимур просто так? Как думаешь?