Так что теперь уже призраку пришлось извиняться. Хотя когда я только шла в библиотеку, то думала, что все будет наоборот… Вот что значит великая сила импровизации и коронный магический хук стеллажом в челюсть.

Но о моих мыслях Жейцкович, конечно, не узнал, а вот я выяснила: второй ворюга искал, похоже, то же, что и я! Ибо рылся он в планах академии.

Под печальные вздохи и нытье о грабителях стала раскладывать карты, чертежи и незаметно для духа прибрала к себе в сумку и схему подземных коммуникаций, проходивших под ареной.

— Ну вот и все, — выдохнула наконец я, когда солнце уже поднялось над горизонтом, окрасив все небо в розовую нежность и перламутр.

— Слава богам, — призрак выдохнул и осел на стул (вернее, проплыл сквозь него). — Адептка Ионир, вы даже не представляете, как я вам благодарен. Вы спасли не только книги, но и мою… жизнь, вернее, посмертие!

— Только приличные духи его обычно за гранью проводят, — фыркнула я и сонно зевнула, и, припомнив, что о библиотекаре говорил Беглый, не без ехидства добавила: — Или вам на тот свет так не хочется, потому как вы туда при жизни много кого отправили?

— И всех — за дело! — рявкнул призрак.

Только меня было одним грозным тоном и сверкающими очами не пронять.

— Всех ли? — усомнилась я…

И, видимо, это прозвучало как-то по-особенному, иначе с чего дух как-то упал, что ли, всем собой. Злость, которой он еще миг назад ярился, враз угасла, и он печально протянул:

— А-а-а-а, ты знаешь…

Тут же хотелось спросить: «О чем?», но я прикусила язык. Ибо это был самый верный способ, чтобы информация, которой с тобой могли поделиться, осталась так и не озвученной.

Так что я лишь медленно, весомо так кивнула… Да, мол, в курсе…

— И присматриваешь за ним? — снова уточнил призрак.

Я и это подтвердила… Мол, да, присматриваю… И даже не солгала. За кубком я и правда бдела… Пока мысленно, но все же. А о ком говорил Жейцкович — это уже другой вопрос.

— Ну ладно, пусть так… Хотя лучше бы парня к нему приставили. От него проку больше, чем от девки…

Меня эти слова возмутили. Нет, как воров укрощать в библиотечной вотчине призрака — так не смотрит, юбку ношу или порты… А как кого-то там охранять — так, видишь ли, парня подавай!

— А дух и вовсе ни на что не годен… — как бы между тем заметила я.

— Это я-то не годен! — возмутился Жейцкович. — Да я, между прочим, на этом свете лишь ради того задержался, чтобы исправить одну-единственную свою ошибку! И чуял ведь, пять лет назад, что род Рагнаров не повинен в том, в чем его обвинили… И все же выполнил приказ, занес топор, и полетели головы тех, на чьей крови были замешаны столпы, на которых зиждился магический барьер границ королевства! А потом и меня отравили. Только после смерти я узнал, что натворил! За это теперь и расплачиваюсь. Но надеюсь, мальчику все же удастся все исправить, повернуть время вспять, и я стану свободен…

Я слушала эту сбивчивую исповедь. И все бы ничего… Обычные сожаления неупокойника и его мечты об ином исходе, если бы не одно «но». Фамилия. Рагнар… Это же был род Кернира!

Хотя, признаться, до этого момента я считала, что клан Рагнар примерно, как Ионир, — ничего общего с реальностью не имеет… В смысле вымышленный, а Беглый — то ли адепт под прикрытием. А сам — то ли агент, то ли отпрыск какой шишки, вроде сына главы тайной канцелярии, а то и вовсе королевский бастард. Ну а что? Все было один к одному: и порода, и манеры, и то, что Кернира прикончить хотят… Да и опять же фраза, брошенная серомудирным на арене, когда меня подстрелили, про породистых щенков, которые лезут куда не надо…

Все ведь один к одному было! И я была почти уверена, что Беглого родители припрятали в академию, как я — тринадцатиствольный орган — в кусты. А тут выясняется, что ни отца, ни матери у Кернира нет…

А это значит, я напрочь ошиблась в своих догадках.

Хотела побольше расспросить призрака о последнем из клана Рагнар, но Жейцкович вдруг спохватился, что и так разоткровенничался, и замолчал. Нет, конечно, был способ вытянуть из духа еще информации, но для этого нужно было время и пытки… А еще — силы. С последними была самая большая напряженка. Так что лишь попрощалась с библиотекарем. Тот, к слову, как выяснилось, за меня на фолиант зла и не держал!

Это открытие оказалось самым обидным! Я здесь планы строила: задабривать, молить о прощении или шантажировать, а дух… Просто счел дыру в книге не такой большой платой за жизнь того, перед кем он виноват.

Я размышляла над этим, идя к общежитию. Мысли ходили кругами и возвращались к одному и тому же вопросу: если Кернир у нас не бастард короля (хотя сила в брюнете чувствовалась такой мощи, что я и подумала о подобном родстве), а сын казненных аристократов, то почему к нему приставили агентов? Корона опасается мести? Или…