Пока леди ходила в соседнюю комнату, я сидела и таращила глаза. Когда она вернулась, неся в руках некую папку, понятнее тоже не стало. Когда села и, водрузив папку поверх разложенного «пасьянса» принялась перебирать какие-то листки, ясности опять-таки не прибавилось. Зато дальше…

– Вот это – твоё генеалогическое древо, – продемонстрировав один из листков, заявила Элва внезапно. – И тут есть настолько интересный моме…

– Подождите! – некультурно перебила я.

То, что раньше называла шоком, было мелочью, а вот теперь меня накрыло по-настоящему. Настолько, что даже дар речи на несколько секунд утратила. Ну а когда способность говорить вернулась…

– Моё генеалогическое древо? Откуда оно у вас?

Женщина смутилась, но не так, чтобы сильно.

– Из хранилища главной имперской библиотеки, – пояснила она. – Откуда же ещё?

– Леди Элва, – я поняла, что опять злюсь, – а можно без увиливаний?

– Можно, – даря обезоруживающую улыбку, ответила собеседница. – Только ты не сердись, ладно? Ведь поинтересоваться возлюбленной своего сына вполне естественно.

Я непроизвольно скрипнула зубами и в который раз пришла к выводу – я его убью! Ну а маркиза…

– Знаешь, Вирджин рассказывал о тебе с таким упоением, с такой симпатией, что я имела все шансы умереть от любопытства. Вот и пришлось направить запрос в хранилище, попросить все доступные документы. Сотрудники библиотеки сделали дубликаты и прислали… И данные по генеалогии, и свидетельство о рождении, и метрику…

Нет, убийства точно не избежать!

– Так вот, в твоём генеалогическом древе, – продолжила маркиза, – есть очень любопытный момент. Смотри, – она приподнялась и подалась вперёд, чтобы ткнуть в нужную часть листка, – твой прадедушка по отцовской линии… Здесь написано, что он…

– Он был первенцем моей прапрабабушки, и родился вне брака, – продолжила мысль я. – Его отец неизвестен.

Стесняться? Нет, я не собиралась. Во-первых, всё случилось давно, во-вторых, подобная история есть во многих семьях. Кто-то такие вещи скрывает, и у прапрабабушки, если семейные истории не лгут, была возможность выйти замуж раньше, до того, как родился мой прадед. То есть она тоже могла скрыть! Но поступила иначе.

Почему? Никто не знает. Но смысл всё-таки в другом.

– Какое отношение этот пробел имеет к высшему свету? – спросила я.

Маркиза буквально просияла, а я – наоборот. Просто, глядя в совершенно счастливые глаза собеседницы, сама обо всём догадалась – Элва хочет записать в мои предки какого-нибудь аристократа.

Этот момент стал поводом отложить листок и расслабленно откинуться на спинку кресла. И проникнуться огромным любопытством – как леди свои «догадки» обоснует? Особенно с учётом того, что до брака прапра жила в деревне, в такой глуши, где никакого аристократа не сыщешь.

– Айрин, я понимаю, – сказала маркиза неожиданно. – Я понимаю твой скепсис и знаю, что подобные вещи обычно лишь в романах случаются. Но поверь, жизнь порой куда более непредсказуема, чем все книги, вместе взятые.

– Хорошо, – я не могла не улыбнуться, – пусть будет по-вашему. Вы только скажите, кто он? Кого вы так легко в мои родственники записали?

Невероятно, но теперь Элва насупилась. Она даже отодвинулась и потянулась на сей раз не к бренди, а к чаю.

Потом сказала с толикой возмущения:

– Легко? О, Айрин! Мне пришлось изучить столько книг. Я всю библиотеку Джисперта вверх дном перевернула, а потом ещё в личный архив его светлости залезла, чтобы отыскать.

Я удивилась, но промолчала. По-прежнему ждала признания, и леди всё-таки не выдержала.

– Айрин, ты не поверишь! Изначально я планировала немного подтасовать факты, но потом отыскала та-акое… Оказывается в тот год через деревню, где проживала твоя прабабушка, проходил маршрут большой императорской охоты. Представляешь?

Я… нет, не представляла. Более того, едва не упала с кресла! А осознав сказанное, залилась тихим нервным смехом.

– Почему ты смеёшься? – нахмурилась маркиза.

Пришлось сказать:

– Я знала, что вы высоко меня цените, но не думала, что настолько.

Леди Элва нахмурилась сильней и, кажется, хотела замолчать навсегда. Но через пару секунд не выдержала, заявила:

– Ну я же не на императора намекаю. Подобные намёки слишком опасны, к тому же словесный портрет твоего прадеда поводов для таких подозрений не даёт.

Всё. Я новый шок испытала.

– Портрет? – переспросила потрясённо. – Какой ещё портрет? Откуда?

– Из банка, – одарив хитрой улыбкой, пояснила леди. – Его составили, когда твой предок, уже во взрослом возрасте, брал ссуду. Он построил на эти деньги дом в Демстауне.

Маркиза не лгала, что стало поводом покоситься на бокал с бренди – после таких новостей действительно захотелось выпить чего-то крепкого. Но… нет. Учитывая всё происходящее, я всё-таки не рискнула.

– Зато есть сходство с тремя приближенными, – пользуясь моим молчанием, добавила Элва. – Каждый из этих приближенных был очень родовит.

Вопроса «почему с тремя?» не возникло. Ведь очевидно – когда речь о словесном портрете, примет, способных добавить точности, очень немного.