— Это был спектакль, милая, — шепнула моя галлюцинация, оставив под шумок новый поцелуй на шее.

— Что за спектакль? — уточнила, уже понимая, что скоро появится необходимость применить тяжелую женскую руку к потерявшему совесть супругу.

— Проверка, кто стоит за заговором против императора, — Риар тоже, видимо, почувствовал витающие вокруг многообещающие тренделя, и покрепче прижал меня к себе. — Поэтому получив мой отчет о том, кто входит в близкий круг заговорщиков Сиардара, Его Величество решил выяснить, кто теневой руководитель аферы. И приказал арестовать меня.

— И как это должно было помочь? — я изогнула бровь.

— Вот сама у него и спроси, мне тайны монаршей логики неподвластны. Да и не важно это. Ведь в итоге все получилось — принц начал действовать.

— Я сама видела, как он стрелял! — вздрогнула, вспомнив, как мушкет изрыгнул пламя и кусок свинца. — На моих глазах император рухнул замертво!

— Это было легко подстроить — специальный жилет сшили на заказ эльфы. Легкий, тонкий, не видимый, остановит и пулю, и кинжал. Стоп. — Рука сжала мою талию. — Ты видела, как Саймон стрелял в отца?!

— Так получилось, — пробормотала, вспомнив, что в ту ночь Бран похитил меня, чтобы обменять на Риану, а человек, который приехал за мной, отвез во дворец.

— Но как такое могло произойти? — взволнованный демон вгляделся в мое лицо. — Ты не пострадала?

— Нет.

— Это хорошо. Но что ты делала во дворце?

Хм, хороший вопрос. Закусила губу. Даже отличный, сказала бы я. А вот что ответить супругу? Врать, вроде бы, не полагается. Но признаться, что его гадское Ничтожество хотел воспользоваться ситуацией и отнять невинность, что принадлежала мужу…

Если скажу такое любимому, императору тут же придет позорный «финиш», что избавит мерзавца Саймона от множества проблем, а нас погрузит в такую беду, что и не выплыть.

Промолчишь, за умную сойдешь. Так говорят в народе. Придется пока, и в самом деле, придержать такую важную информацию. Расчехлю это оружие в другой, более подходящий момент. Никто ведь не знает, что и когда пригодится, верно? А тут у меня в запасе небольшой компромат на монарха будет пылиться, поджидая своего часа, тоже неплохо. Без наказания он точно не останется, но всему свое время. Не зря говорят, если долго сидеть у реки, увидишь, как по нему проплывает труп Его Ничтожества. Я перефразировала немного, но смысл тот же.

— Хватит пытать жену, — укоризненно посмотрела на де Дарка. — Лучше дальше рассказывай.

— А что дальше? — он пожал плечами. — Дальше ты и сама знаешь.

— Ничего не знаю, — возразила я. — Как ты сбежал из Плачущей темницы?

— Проявил чудеса смекалки, изобретательности и ума, разумеется, — ответил супруг, но потом рассмеялся. — Прости. На самом деле, император приказал отпустить, все мне объяснил и ввел в курс своих дальнейших планов.

— Триумфально появиться после Гонки? — покачала головой. — Я так старалась, чтобы ее выиграть и спасти тебя, а вы все это время…

Эх, где же та лопата, чтобы поправить корону на дурной императорской башке?!

— Мы могли бы и тебя в известность поставить, но моя женушка так хорошо прячется, что ее не отыскать, — попенял Риар. — Зато умеет отлично выбрать момент для триумфального появления, — усмехнулся, — тем самым разрушая планы и мужа, и императора!

— О чем ты? — нахмурилась, ничего не понимая.

— Вон туда посмотри, — кивнул на белого ящера и потер кольцо с белым камнем.

Камень тут же позеленел. Ящер тоже.

— Это же… Весна!!! — ахнула я. — Так это был ты? Моим соперником на гонках был ты?!

— Да, это был я. Снова. И ты вновь меня победила, бессовестная.

— Риардан!!! — прошипела, вырываясь из его рук. — Придушу тебя!

— После брачной ночи — в любое время, — промурлыкал, и глаза жадно просияли.

Хм, верно. Для того действа, что супруги де Дарки задолжали друг другу, нужен живой муж. И желательно, не покалеченный. Или не сильно покалеченный. Прищурившись, взглянула на нахала, прикидывая, что можно поломать без ущерба для супружеского долга.

— Давай лучше Его Величество послушаем, — муж развернул меня лицом к монаршей семье, замершей в шоке.

Воскресший мертвец стоял напротив них, сверля их глазами. Ни один не посмел отвести взгляд или что-то сказать. Все затихли, даже таксы на руках у бледной императрицы перестали возиться и тявкать.

— Что, сынок, не рад видеть папочку? — ехидно спросил преданный ею супруг.

— Мы же тебя похоронили, — проблеял тот.

— И плиту надгробную тяжеленную поставили, — добавила императрица, непонятно, зачем.

— Не помогло, — парировал ее муж. — Как видите, я в полном здравии. Так что восшествие на престол моего наследника отменяется. Его ждет иное место.

— Муж мой! — бросив собак, женщина метнулась к нему, заламывая руки.