— Это будет первый раз, когда по возвращению, бабушки не будут причитать, что я морил ребёнка голодом. — Смеялся Шадар. — Они на пару с Исмаилом скоро лосниться начнут, как те коты!

Сабир попросил Исмаила возить Фирузу на занятия и домой. А сама Фируза быстро уговорила мужчину помочь с практикой по кулинарии. Потому что мы пробовать отказываемся, да и дома нас почти нет. И ну вот совсем некому бедному ребёнку помочь в учёбе.

Мы только посмеивались вместе с девчонками за этими манёврами. И Кира, и Зарина, не смотря на маленьких детей, нашли время заехать и навестить Лейлу в больнице. То ли состояние покоя, то ли вот это ощущение поддержки, но Алина обещала выписать Лейлу уже утром на десятый день. Фируза при помощи Исмаила уже забрала лишние вещи домой. Как же тут без помощи сильного и надёжного мужчины, ага.

А у меня было дежурство. Вернувшись в палату сестры после обхода, я обнаружила её на подоконнике. Лейла смотрела на парк, где сегодня гуляла с Шадаром, и в задумчивости прижимала кончики пальцев к губам.

— Ты чего? — спросила я её.

— Мечтаю о несбыточном. В темноте же можно, пока все спят. — Грустно улыбнулась она. — А ты чего такая расстроенная.

— Женские дни начались. Полторы недели была задержка. — Призналась я.

— Алина же предупреждала, что из-за твоего лечения так может быть. — Тихо ответила сестра.

— Я помню. Но надеялась… Думала, ещё пара-тройка дней и позвоню. — Уселась я на подоконнике рядом с сестрой.

— Искала повод? — всё поняла Лейла. — А может… Может ну его, этот повод. Что тебя останавливает? Только наша семейная гордость и боязнь признать свою ошибку? Ксан, ты же с того дня… Словно и не ты вовсе. Потухла, взгляд пустой. Словно половины тебя нет!

— Кажется, эта половина меня, которой нет, это Тайгир. — Сдалась я.

— Так верни его! Он твой, это всё твоё. С какой радости ты от самой себя отказываешься? Неужели действительно веришь, что он когда-нибудь сможет предать тебя? — безошибочно нашла самую больную точку Лейла.

— Боюсь, что растворюсь в нём, и от меня ничего не останется. — Выдаю сестре свой страх.

— Глупая. Он сам тебе не позволит исчезнуть. Он же любит тебя. Такую, какая ты есть, упёртая вредина и вспыльчивая Злюка. — Обнимает меня сестра.

Утром едва мы вышли из такси, столкнулись с Джавидом. Он ждал нас у дома Лейлы, облокотившись на машину.

— Привет, — шагнул он к нам.

— Ты когда-нибудь оставишь меня в покое? — устало вздохнула Лейла.

— Лейла, может, хватит меня наказывать? Всё, понял, оценил. Я всё исправлю. Ну, у нас же будет ребёнок. — Он вдруг резко схватил сестру за талию и обнял, прижимая к себе.

— Пусти! — начала вырываться Лейла. — Не хочу! С тобой жить не хочу, тебя не хочу! И жить как прежде не хочу!

Я уже достала скальпель и сделала шаг в сторону сестры, собираясь проткнуть козлу руку.

— Убрал лапы! — мы даже не услышали, как подъехала машина, или просто не обратили внимания. — Девочка только после сохранения! Ты что творишь, падаль!

Шадар схватил Джавида за горло, вынуждая выпустить Лейлу. Я тут же обняла вырвавшуюся сестру, успокаивая её. Волноваться ей действительно было нельзя. Джавид вырвался из захвата и бешено смотрел на Шадара.

— Анзор, — крикнул Шадар. — Возьми фрукты и проводи девушек домой. Я сейчас поднимусь.

Мы не успели уйти, когда Джавид кинулся с кулаками на Шадара.

— Так, не переживаем и не волнуемся! — с серьёзным выражением на лице заявил Анзор в лифте. — Сейчас папа этого щенка отделает так, словно он боксёрская груша. Знаете, как папа дерётся? Он вообще в молодости боксом занимался и выступал. На жизнь себе зарабатывал. А сейчас охрану гоняет, чтоб не расслаблялись.

Но слова мальчика Лейлу совсем не успокоили. Те двадцать минут, что прошли до того момента, пока не раздалась трель дверного звонка, Лейла металась по коридору.

— Лейла! Угомонись! Иначе я тебе сейчас скорую вызову и обратно в центр отправлю! — не выдержала я и поспешила открыть дверь. — Ну, наконец-то! Ой…

Поднялся именно Шадар, и он довольно улыбался. Только вот кожа на брови была содрана, и эта рана припухла и кровоточила.

— Это что? Это как? — почти расплакалась Лейла. — Я сейчас.

Она примчалась с домашней аптечкой, и, усадив мужчину на табурет, занялась обработкой раны. И судя по тому, как она промокала ранку, почти не дыша, в её представлении это было прям что-то серьёзное. А сам Шадар довольно млел под её руками.

— Это уже не в какие ворота! Что за выходки! Теперь ещё и руки вздумал распускать?! — возмущалась Лейла, стоя между широко расставленных ног мужчины.

Вдруг Шадар обнял Лейлу за бёдра и притянул к себе, уткнувшись лицом в её живот.

— Шадар… — растерялась и покраснела Лейла.

— Что? — посмотрел на неё мужчина.

— Не надо. Я не хочу игр, а на что-то другое рассчитывать глупо. Я разведена и беременна. — Опустила голову сестра чуть не плача.