СТОП! Да какого хрена вообще происходит?! С какого перепугу Роберт сейчас в принципе страстно целуется со мной, продолжая раздевать меня на рабочем столе в своем кабинете? Он же должен меня ненавидеть и без тени сожаления убить через несколько глав! Тогда почему сейчас, когда я должна не вызывать у него ничего, кроме отвращения… он так не скрывая хочет… кхм… пронзить меня немного не тем мечом?

— И долго вы еще собираетесь пытаться заставить леди передумать? — выдохнула я, запрокинув голову, когда губы короля нежно коснулись моих ключиц, и я ощутила, как кончик языка Роберта скользнул от них вниз.

— Пока леди не перестанет активно выражать свое желание передумать. Особенно если эта леди такая милая, когда смущается, — добавил мужчина, посмотрев на меня, прежде чем снова овладеть моими губами. А затем, выпустив их на миг, прошептал: — Я хочу тебя, Вайлет.

И от этого шепота я просто едва не упала в обморок на месте. Черт возьми, даже по меркам текущей ситуации, это прозвучало СЛИШКОМ сексуально!

— Разве это вообще красиво — говорить подобное кровному врагу, да еще и будучи влюбленным в другую участницу отбора? — пробормотала я на грани потери чувств, запуская пальцы в его жесткие волосы.

— О чем ты? В какую еще другую участницу отбора? — непонимающе бросил король… окончательно вынося мне мозг.

— В… Энилию Эмильтон, например, — растерянно проговорила я, всеми силами стараясь найти треклятую педаль тормоза. Вот только это у меня все никак не получалось.

— С какой стати я должен быть в нее влюблен? — хмыкнул Роберт… и уже совсем не по-джентльменски оставил на моем обнаженном плече маленький засос!

И в этот момент я бы, наверное, в панике закричала: «Потому что это она — главная героиня!». Вот только сделать мне это помешали губы короля, снова накрывшие меня диким поцелуем!

Вот же засранец! А еще король, называется! И ведь все те страницы, что я прочитала в «Сумеречном отборе», с Лией он был вот тем самым идеальным принцем на белом коне! Неужели это я, нехорошая злодейка, так на него влияю? Хотя если так судить, то с Лией он за все те главы ни разу не оказывался в столь неоднозначной ситуации…

— И все же я уйду, — резко заявила я, и Роберт замер, почувствовав мою твердую ладонь на своей груди.

— Вайлет? — непонимающе проговорил он, очевидно шокированный тем внезапным холодом, который неожиданно ощутил на месте огня, полыхавшего лишь секунду назад.

— Когда все это закончится, можешь казнить меня, если сочтешь нужным. Даже это будет для меня не так горько, как быть девушкой, с которой спят потому, что только желают ее, но при этом не любят, — отрешенно прошептала я. И не дожидаясь, пока Роберт придет в себя — спрыгнула со стола. Чтобы, выскользнув из его объятий, со всех ног выбежать из кабинета.

К тому моменту, как он забежал в гостиную, я уже стояла по ту сторону отражения. И несколько секунд наблюдала за тем, как он мечется по своим апартаментам, пытаясь понять, куда же я могла подеваться, не владея навыком телепортации.

А затем, развернувшись, побежала в сторону своих покоев, желая поскорее уткнуться лицом в подушку и обнять одеяло.

Лия должна погибнуть во время испытания. Якобы из-за несчастного случая. Как и что случится — для всех останется секретом, во всем просто обвинят дракона, который взбесится по непонятной причине. Но результатом должно стать то, что в итоге найдут лишь ее обезглавленное обугленное тело.

В действительности же мне поручали поучаствовать в ее убийстве совместно с грехом Гнева, который повлияет на дракона. Теперь не просто стоять рядом, но еще и прямо содействовать. А главное, лично перерезать Лие горло, набрав из него такой необходимой моей семейке крови. После чего отрезать ей голову, чтобы скрыть разрез и создать видимость того, что обезглавливание участницы стало несчастным случаем во время поединка с драконом. И лишь после этого сам дракон, под действием Гнева, обдаст останки главной героини «Сумеречного отбора» пламенем из своей пасти. Закончив, мне было приказано удалиться, оставив тело где-нибудь на лужайке, и быстренько допроходить испытание, чтобы не вылететь с отбора. Когда же в итоге то, что останется от Лии, обнаружат — убедительно охать и ахать, изображая шок и горе.

Естественно, я не собиралась не только делать что-либо из перечисленного, но и допускать, чтобы все это вообще случилось.

Вот только беда: в книге ничего подобного не было от слова совсем! Следовательно, все происходящее — результат тех изменений, которые произошли в изначальном сюжете. Поэтому у меня не было инструкций касательно того, как всего этого избежать (в отличие от инструкций к прохождению самого испытания). Так же, как и уверенности в том, что Лию кто-нибудь как-нибудь сам по себе спасет, и все в итоге будет хорошо. При всем при этом откажись я прямым текстом — недолго буду ждать, прежде чем присоединюсь к Лие на кладбище.