Интересно, если маги крови были, почему о них ничего не известно, крутились мысли в моей голове. — Можешь идти и помочь своей истинной, которая была так добра и поделилась своей кровью. Ты же, — старший подошел к Себастьяну и приподнял его за подбородок, — ты же дашь мне своей крови, хочу знать, что случилось за эти столетия, и где другие Морны.

Древний страшно улыбнулся, показывая длиннющие клыки. Подергал свою одежду, которая прямо на его теле стала расползаться и досказал свои планы:

– Заодно и себя в порядок приведу. Детка… — зеленые глаза нашли меня, а рот растянулся в устрашающей улыбке, лучше бы он не улыбался.

Тут ко мне подлетела Пикси, нахохлилась и посмотрела на Аластера с осуждением. Я все еще не могла подняться. Макс, покачиваясь, шел ко мне словно из него тоже все силы выпили. Какой же этот древний ненасытный.

– Ох, ты, — старший прервал свою речь и взглянул на Пикси, — у тебя уже есть гомункул, сильна, — он цокнул языком, — и совершенно не обучена.

– Это фамильяр, — сказала я.

– Ты была ведьмой? — удивился вампир, — насколько я знаю, ведьмы теряют фамильяра, когда обращаются.

– Я особенная, — охнула, когда Макс подхватил меня на руки и понес в сторону выхода. Туда, куда мы не успели убежать.

– Ты мне интересна, так что еще встретимся, — крикнул вдогонку древний.

– В твоих снах, старая развалина, — бурчал про себя Макс.

– Я все слышу, — не стал делать вид, что не услышал Аластер, но быстро потерял к нам интерес и обернулся к Себастьяну, — ну а теперь займемся нашими делами, действующий глава семьи.  

Чем дальше мы уходили от древнего, тем сильнее Макс ускорялся, словно само присутствие рядом с Аластером, отнимало энергию. Как только мы вошли в коридор, истинный побежал. По сторонам мелькали каменные стены, волосы мои трепетали от ветра, свистевшего в ушах, а хватка Макса была все тверже.

– Задушишь, — прошептала я.

Истинный ослабил хватку, но бежал еще быстрее. Перед выходом из туннеля он остановился и осторожно положил меня на землю, скрежетнул зубами, когда увидел кровь на футболке.

– Где твой телефон Мила? — спросил он.

Я кивнула на карман куртки. Морн быстро достал телефон и набрал номер:

– Норд хватай Росгарда, пусть ведет тебя к выходу на десятое шоссе. Как будете на месте, позвонишь на этот номер и смотри, тут, может быть, засада. Вернее, она обязательно будет. Все, жду.

Макс нахмурился потом, положил телефон себе в карман и сел рядом.

– На всякий случай, — сунул мне под нос свое запястье, — тебе лучше поесть, нужно восстанавливаться, а моя кровь — лучшее лекарство. Это древний урод, чуть не убил тебя.

Я не стала выделываться, есть хотелось все время, так как организм лечился. Впилась отросшими клыками и пила длинными глотками. Сама подала свою руку Максу, мне не жалко.

– Нет, — истинный качнул головой, — ты слишком слаба.

Он со всей мочи ударил по стене свободной рукой, в разные стороны потела каменная крошка:

– Он почти убил тебя, понимаешь, — в глазах Морна горела ярость, — я слышал, как твоё сердце перестало биться.

Макс скрежетнул зубами, посмотрел с болью и злостью одновременно. Я отчетливо ощущала, как от него идет волна эмоций, они как ураган, сносят все выстроенные мною, между нами, стены. Можно солгать словом, но чувства не могут врать. Я была ему дорога. Только когда по-настоящему думаешь, что теряешь, проявляются истинные привязанности. Мы знаем друг друга меньше месяца, а мне кажется, что я знала его всегда. Это странно ощущать, но приятно. Внутри пузыриться, как шампанское, лопаясь мелкими пузырьками, и будоражит как прыжок с тарзанки, захватывая дух, новое чувство. Я его еще не распробовала, но думаю, мне понравиться любить Макса Морна. Оказывается, чувствовать другого, как себя интересно, любопытно и тянет на эксперименты. Даже дыхание сперло от возможностей в сексе, это… так, нужно успокоиться.

Вон Макс уже поглядывает с удивлением и прислушивается к моим эмоциям. После того как я стала вампиром, я думаю только о том, чтобы жрать и трахаться. Ах да, еще прикрыть свою задницу. За этот месяц я изменилась и мои изменения не все в лучшую сторону.