– Нет, — Макс покачал головой, — Но не думаю, что тебе понравится соседствовать с моими предками в усыпальнице Мила. Тебя просто оставят в статусе гостьи, есть такое правило. Гостей не трогают, но это не значит, что их выпускают. Замуруют и будут держать взаперти. Твоей кровью будут кормить меня, чтобы не сошел с ума и шантажировать тобою. Вампиры не такие романтичные натуры, как снимают нас в фильмах.

– Я знаю, что кино вранье, — насупилась я, — Твои родственники хуже врагов, от тех хоть знаешь, что ожидать.

– Нобили не любят, когда кровь мешается с другими кланами. Они за чистоту крови. Квоты идут только бывшим аристократическим семьям, которые пожелали влиться в наш клан. Инициация нашей кровью дает больше сил, так как мы ведем родословную от патриархов.

– Спасибо за разъяснения, но мне от этого не легче, — я нахмурилась, — получается, что моя магия сильнее из-за того, что вампиром сделал меня ты?

– Да, — коротко ответил Макс, потом замер и прислушался. Я тоже навострила уши.

– Идут позади и с двух сторон, — тут же сказала Пикси, — Взяли в капкан.

– Нам все же, придется спуститься в нижние залы, — скривился Морн.

– Если там опаснее, чем здесь, может, не стоит, будем прорываться, — сказала я, — могу взять на себя обездвиживание.

– На загонщиках артефакты Мила, ты можешь справиться с простым охранником, а вот артефакты фейри могут быть с сюрпризом. Если есть возможность избежать боя, я это сделаю, ты можешь пострадать. Внизу неопасно… наверно, просто там… — Макс замолчал, подбирая слова потом сдался, — сама поймешь, когда спустимся.

Макс подошел к стене и посмотрел на меня с улыбкой— Приготовься увидеть самые древние усыпальницы рода, туда не всех родственников пускают, что уж говорить о тех, кто не принадлежит к клану, готова?

– Ты меня уже напугал, — я передёрнула плечами и кивнула, — но с тобой нестрашно.

Морн черканул клыком по пальцу и кровью на каменной стене нарисовал знак. С секунду ничего не происходило, потом кровь впиталась без остатка, и камень вдруг потек, словно его расплавили под сильным огнем. Открылся проход, из него пахнуло холодом и еще чем-то странным, мускусом… цветами…

– Я чувствую магию, — сказал Пикси, — такую же магию, как у тебя.

– Макс, — я посмотрела на шагнувшего в туннель старшего Морна, — может, не стоит, я могу летать, улетим вместе.

– Твоих сил не хватит нести человека, — покачал головой нобиль, потом сверкнул белозубой улыбкой, — да ты боишься, вот уж не думал, что Милания Старс умеет бояться.

– Я не боюсь, — фыркнула и шагнула следом за все еще хитро улыбающимся вампиром.

Но я немного недоговаривала, вернее, много недоговаривала. Эти туннели, эти камни, все навевало воспоминания на лаборатории вучон. Там нас тоже держали в замке на нижних этажах подземелья. У меня с тех пор неприятие каменных кладок и клаустрофобия от них же. Я собрала волю в кулак и решила не показывать истинному свой страх.

Макс безошибочно вел нас узкими коридорами, их было так много, что я давно бы тут заплутала. Но Морн знал куда идти, через десяток минут, мы стояли в большой пещере, которая была заставлена множеством каменных гробов.

– Это усыпальница, — шепотом сказал Макс, словно его кто-то тут мог услышать, — в детстве я пару раз приходил сюда. Прислушайся.

Я замерла и навострила уши, стараясь уловить любой шорох. Сначала я слышала лишь капель воды, шуршание мышей, шорох крыльев Пикси, которая уже вовсю летала в пространстве, а потом, я услышал голос.

– Я слышу, — кивнула Морну. Макс нахмурился и остановился, взял меня за руку.

– Мила, извини, я пошутил, — он поцеловал ладошку, — дурацкое желание, чтобы ты боялась, а я тебя защищал, глупость. — Я была притянута к груди, в которой мерно билось сердце истинного, — Не бойся, тут кроме мышей и костей моих предков никого. Здесь сильный магический фон, чувствуешь. Говорят, где-то тут зарыто сердце одного из патриархов, оно стережёт наше гнездо.

– Но я слышу голос, — я постаралась отодвинуться от Макса и опять прислушаться.

– У тебя довольно богатое воображение, — Морн притянул меня ближе и захватил в плен мои губы. Поцелуй был нежным, но властным:

– Что ты со мной делаешь Мила, — хрипло спросил он.

– Спасаю от участи, быть племенным жеребцом, — сказала я. Потом нахмурилась и все-таки я слышу голос. Он был то громче, то тише, непонятные слова, которые он напевал, хриплый баритон… видимо, магический фон вызывает галлюцинации.

– Еще минут двадцать по переходам и выйдем на одну из дорог к городу, вызовем Норда, готова идти дальше? — спросил меня Макс, а сам не выпускал из рук, обследуя мое тело. Это было невыносимо, это издевательство, быть в постоянном сексуальном напряжении, даже не так, вечной жажде. И Макс не помогает мне совладать с ней, а наоборот еще больше распаляет.

– Макс, — простонала я, — не время, мы сумасшедшие.