Я резко обернулась. Он стоял в дверях, всё ещё в пальто, и смотрел на меня с удивлением. Потом его взгляд упал на экран, и я увидела, как его лицо меняется — сначала недоумение, потом понимание, потом тревога.

— Что ты делаешь? — спросил он, делая шаг вперёд.

— Ты знаешь, — мой голос дрожал, но я заставила себя говорить твёрдо. — Ты знаешь, что я сейчас вижу.

— Анна, дай мне объяснить...

— Объяснить? — я вскочила, и стул упал с грохотом. — Ты хочешь объяснить, как ты разрушил жизнь моего отца? Как ты заплатил Петровскому, чтобы он украл деньги? Как ты охотился на меня, как на дичь?

Я схватила ноутбук и швырнула его в стену. Он разлетелся на куски, и я услышала треск пластика. Тимур не шелохнулся. Он просто стоял и смотрел на меня с каменным лицом.

— Ты — чудовище, — прошипела я. — Ты использовал меня. Ты сделал меня своей женой, потому что я была твоей целью. Ты никогда меня не любил.

— Я не планировал влюбляться, — сказал он тихо, и в его голосе я услышала что-то, чего раньше не было. Боль. — Это правда. Я хотел получить тебя. Но когда я узнал тебя...

— Не надо, — я зажала уши руками. — Не надо врать мне. Не сейчас.

— Я не вру, — он шагнул ко мне, и я отшатнулась, ударившись спиной о стол. — Да, я спланировал эту сделку. Да, я хотел тебя заполучить. Но я не знал, что ты будешь такой. Я не знал, что ты сломаешь все мои стены. Я не знал, что я влюблюсь в тебя по-настоящему.

— Влюбишься? — я засмеялась истерично. — Ты купил меня, Тимур! Ты заплатил за меня, как за товар! Ты не можешь любить то, что купил!

Я схватила первую попавшуюся вещь — статуэтку с полки — и швырнула в него. Он увернулся, и она разбилась о стену.

— Ты делаешь из меня чудовище, — сказал он, приближаясь. — Но я знаю, что ты тоже чувствуешь. Ты не можешь врать мне после того, как я держал тебя в своих руках. После того, как ты кончала, крича моё имя.

— Заткнись! — закричала я, и слёзы хлынули из глаз. — Заткнись! Ты не имеешь права!

Он резко сократил расстояние, и я оказалась зажата между его телом и столом. Его руки легли на мои плечи, и он встряхнул меня так, что зубы клацнули.

— Посмотри на меня, — приказал он, и его голос был полон стали. — Посмотри мне в глаза и скажи, что всё, что между нами было — ложь.

Я смотрела в его чёрные глаза, и внутри меня боролись ненависть и любовь. Я хотела ударить его, убежать, забыть. Но я не могла. Потому что я знала: он прав. Всё, что между нами было — это не ложь. Это была правда, которую я не хотела принимать.

— Я ненавижу тебя, — прошептала я.

— Нет, — он прижался лбом к моему лбу. — Ты хочешь ненавидеть меня. Но ты любишь меня. И это бесит тебя.

Он накрыл мои губы поцелуем — грубым, требовательным, полным отчаяния. Я пыталась сопротивляться, била его кулаками в грудь, но он не отпускал. Его язык ворвался в мой рот, и я чувствовала вкус его боли и его желания.

— Отпусти... — выдохнула я между поцелуями.

— Нет, — прорычал он. — Ты никуда не уйдёшь, пока я не докажу тебе, что это настоящее.

Он поднял меня на стол, сметая документы, и я оказалась лежащей на холодной столешнице. Его руки рвали мою блузку, и пуговицы разлетелись по полу. Он целовал мою шею, грудь, живот, оставляя на коже горячие следы.

— Я докажу тебе, — прошептал он, спуская мои джинсы. — Я докажу тебе, что ты моя. Всегда была моей. И всегда будешь.

Он вошёл в меня резко, без подготовки, и я вскрикнула от смеси боли и удовольствия. Он двигался грубо, быстро, но в каждом толчке я чувствовала не только страсть, но и отчаяние. Он хотел не просто взять меня. Он хотел вернуть меня.

— Ты чувствуешь меня? — прорычал он. — Ты чувствуешь, как я хочу тебя? Это не ложь, Анна. Это я.

Я вцепилась в его плечи, царапая кожу, и чувствовала, как волна наслаждения поднимается внутри меня. Я не хотела этого. Я хотела ненавидеть его. Но тело отвечало каждому его движению.

— Я ненавижу тебя, — прошептала я, и слёзы текли по щекам.

— Ненавидь, — выдохнул он. — Ненавидь, но чувствуй. Чувствуй меня.

Он ускорился, и я почувствовала, как приближается оргазм. Я пыталась удержать его, не дать себе кончить, но он знал каждую точку моего тела.

— Кончай, — приказал он. — Кончай, моя маленькая бунтарка.

Я закричала, чувствуя, как волна накрывает меня с головой. Он кончил следом, глубоко внутри меня, и я почувствовала, как его тело дрожит от напряжения.

Мы лежали на столе, тяжело дыша. Его голова покоилась у меня на груди, и я слышала, как его сердце бьётся в унисон с моим.

— Я люблю тебя, Анна, — прошептал он. — Я знаю, что ты не веришь мне. Но это правда. Я люблю тебя.

Я закрыла глаза, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Я не знала, что думать. Я знала только одно: несмотря на всё, что он сделал, я не хочу, чтобы он отпускал меня.

— Если ты когда-нибудь снова мне солжёшь... — начала я, но он перебил меня поцелуем.

— Я никогда не солгу тебе снова, — сказал он, глядя мне в глаза. — Клянусь.