– И тебе того же, Свят, – слышу улыбку в голосе друга. – И что тебе нужно? Ты же говорил, чтобы не смели тебя беспокоить до Рождества.

– А пробей-ка мне моих новых соседей, – прошу я. – Адрес ты знаешь. Но, если быть точнее, мне нужна именно тётя детей.

– Минуту, – хохочет Грач, и на фоне раздаётся шуршание бумагами. Ну кто бы сомневался. – Соседи у тебя молодая семья с двумя детками-погодками. А тётя… – он чем-то снова шуршит, а я смотрю в окно и не верю, что это может происходить со мной.

На мои деревья, что растут во дворе, через забор со стороны соседей летят сани!

– Тётя там только одна, со стороны супруги. Зовут её Свистунова София, у неё небольшая школа танцев в городе. Не замужем, – произносит Грач, а я смотрю, как на моём дереве отлетает верхушка.

– Это конец! – рычу я. – Это война, Свистунова!

***

– Соня! – дети с криком забегают в дом как раз в тот момент, когда я только выползла из ванной.

Снова на них курточки, сапоги и шапки одеты непонятно как.

Смотрю на них и молюсь, чтобы мои предположения оказались неправдой, и что они не успели что-то снова сотворить.

– Мы не виноваты, – первым начинает Рома.

– Они сами, – добавляет сразу Рита.

Перевожу взгляд на свои руки, краска с которых так толком и не отмылась, и не хочу спрашивать, что они снова сделали.

– Ром, ну вы же обещали, – вздыхаю я, опускаясь на край дивана.

Ноги меня на улицу не понесут. Они не хотят снова видеть соседа, а это точно он. Бог любит троицу, вроде так говорят. Но почему именно в мою смену он так полюбил её?

– Мы хотели запустить свои сани, – Рома говорит уже тише. – Там же горку папа насыпал нам за домом.

– А они совершенно случайно перескочили через забор, – Рита делает самое невинное лицо, выпучив глазки и растягивая губы в улыбке.

Прикрываю глаза и повторяю себе как мантру: у меня четыре группы детей, разных возрастов, и со всеми могу справиться. А это мои родные племянники. И я….

– Сонь, у тебя телефон звонит, – тихо говорит Рома, вытаскивая меня из моего внутреннего монолога.

Прислушиваюсь к мелодии, которая играет, и не хочу подходить.

Да, я до сих пор ставлю на каждого члена своей семьи определённую мелодию. И мне сейчас звонит мама или папа. Только их мне и не хватает.

Мобильный затихает, а я жду, что сейчас в дверь позвонят. Давайте уже, добивайте меня окончательно, чтобы закончить этот год самым невероятным образом.

– Да, бабуль, – Рома появляется с мобильным в руках, а я даже не заметила, как он ушёл. – Соня с нами, а что? Она не слышала. В ванной была.

Смотрю на своего мальчишку, и вроде нужно наругать его за то, что бабушку обманывает, но даже гордость берёт, что он защищает меня. Пускай и неосознанно.

– Бабуль, мы на улицу хотим, – Рома включает режим ласкового внучка. – Может, Соня тебе потом перезвонит.

– Нет! – мамин голос ни с чем не спутаешь.

Протягиваю руку Роме и набираю в лёгкие побольше воздуха, чтобы хотя бы голос не подвёл.

Рома протягивает мобильный и, виновато улыбнувшись, берёт Риту за руку и уводит на кухню.

– Привет, мам, – здороваясь я. – Как у вас дела? Горы ещё стоят на месте? Или вы с папой их уже снесли?

– Привет, дочь, – по маминому голосу слышно, что она недовольна. И кто же этот смертник, который испортил ей настроение? – В чём дело? Ты почему трубку не берёшь?

– Мам, ну я же с Ромочкой и Ритулей, – заявляю уверенно.

– А могла бы быть со своими собственными детьми, – с упрёком отвечает мама.

– Мне пока и Сашкиных хватает.

– А мне нет! – повышает голос мама. – Соня, ну что такое? Ты же могла поехать с нами. Здесь столько молодых людей, которые совершенно не обременены отношениями. А ты…

– А я решила, что хочу побыть со своими родными и провести с ними Новый год, – перебиваю маму.

Каждый раз одна и та же песня. Нет такого человека, который смог тронуть моё сердце, и кто бы по-настоящему хотел построить отношения.

А всех остальных, которые ищут свободы, хоть лопатой загребай.

– Соня, я же твоя мама, – так, в ход пошли всхлипы и слёзы. – Я не могу смотреть на свою девочку, которая страдает от одиночества.

– Мама, кто тебе сказал, что я одинока? – спрашиваю, снова злясь.

Это просто какие аттракционы. Почему сегодня все хотят вывести меня на самые разные эмоции?

– Я знаю! Я чувствую свою девочку, – и снова всхлипы.

– Мама, у меня есть молодой человек, – говорю с обидой, но сразу же понимаю, что сделала самую большую глупость.

– Как? Почему мы с папой не знали? Кто он? – посыпались вопросы от мамы, а я прикрыла глаза и попыталась отыскать у себя в голове того самого гнома, который толкнул мне самую дурацкую мысль.

Вот найду его, прибью, и мне станет легче.

– Потому что мне, мама, двадцать восемь лет, и я живу отдельно, – отвечаю всё по существу.