— Не смей.

Слова сорвались у него низко, почти шёпотом, но зал услышал.

Яра выпрямилась.

— Вот теперь я точно знаю, что должна.

Аврел поднял посох.

— Княгиня Яра Сольвейн, законная жена князя Мортана Дайра, носительница признанной наследной искры, назовите временного защитника до пересмотра брачной клятвы.

Каждый звук в зале исчез.

Даже пламя будто застыло.

Яра чувствовала на себе взгляд Мортана. Жгучий, властный, требовательный. Чувствовала страх Сибиллы — острый, почти физический. Чувствовала напряжение Совета, который уже жалел, что не успел закрыть огонь раньше. Чувствовала присутствие Нокса — не рядом, не за спиной, не над ней. Просто там, где был выход, которого ей не дали.

Она подняла подбородок.

— Я называю Нокса Эррела, правителя Пепельного края.

Сибилла ахнула. В зале кто-то громко выругался и тут же умолк. Пламя в чаше взметнулось вверх, и знак крыла вокруг искры на мгновение стал ярче.

Мортан побледнел так, будто Яра ударила его при всех.

— Ты пожалеешь, — сказал он.

В этих словах была боль. И ярость. И угроза, которую он, возможно, сам ещё не осознал.

Яра посмотрела на него спокойно, хотя внутри всё дрожало.

— Я уже жалею, Мортан. Просто не о том, о чём ты думаешь.

Нокс поднялся на помост.

Теперь он подошёл к ней ближе, но всё равно остановился на расстоянии, которое оставляло ей выбор. Не коснулся руки. Не предложил локоть. Не изобразил победителя, забравшего у врага драгоценную добычу.

Он повернулся к Совету.

— Я принимаю имя защитника.

Аврел стиснул посох так, что пальцы побелели.

— Лорд Эррел, вы понимаете ответственность?

— Лучше, чем те, кто пытался спрятать наследную искру под обручем гашения.

— Ваши обвинения будут рассмотрены отдельно.

— Надеюсь, при той же чаше.

Мортан резко произнёс:

— Она останется во дворце.

Нокс повернул к нему голову.

— Нет.

Пламя боковых чаш дрогнуло.

— Ты не вывезешь мою жену из моего дома, — сказал Мортан.

— Твоя жена только что назвала моё имя.

— Временным защитником, не владельцем.

— В отличие от тебя, я разницу понимаю.

На этот раз Мортан не сдержал дракона полностью. В его глазах вспыхнуло золото, по каменному полу прошла горячая трещина света, тут же погасшая под чарами зала. Гости отшатнулись. Сибилла испуганно прижала руку к груди. Аврел шагнул между мужчинами, но было видно: старейшина боится не столько драки, сколько того, что при свидетелях рухнет весь выстроенный порядок.

Яра вдруг поняла, что если сейчас не вмешается, мужчины снова превратят её выбор в свою войну.

— Хватит.

Она сказала это негромко, но чаша откликнулась. Свободное пламя поднялось за её спиной, и весь зал увидел, что знак наследника вспыхнул вместе с её голосом.

Мортан медленно повернулся к ней.

— Я уйду из этого зала, — сказала Яра. — Не беглянкой. Не пленницей. Не вещью, переданной от одного рода другому. Я уйду как женщина, чьё право признала чаша.

Аврел с трудом произнёс:

— Вы можете покинуть зал под защитой названного лица до рассветного пересмотра. Но земли Пепельного края…

— Признаны Советом безопасными в договоре прошлого года, — вмешался Нокс. — Подписанном рукой князя Дайра. Хотите, чтобы я напомнил печати?

Мортан молчал.

Яра посмотрела на него и поняла: да, договор существует. Да, Совет не может запретить ей уйти с Ноксом, не нарушив собственные правила при свидетелях.

Аврел тоже понял это.

— До рассветного пересмотра, — процедил он. — Не более.

— До рассвета многое успеет стать яснее, — сказал Нокс.

Он протянул Яре руку.

Не к запястью с печатью. Не к животу. Просто ладонь раскрылась перед ней — предложение, не требование.

Яра посмотрела на эту ладонь.

За один вечер она потеряла брак, иллюзии и место, которое пыталась заслужить три года. Получила ребёнка, о котором не знала. Врага, который говорил честнее мужа. И выбор, слишком хрупкий, слишком опасный, но всё-таки её собственный.

Она не взяла руку Нокса сразу.

Сначала повернулась к чаше, где рядом с пламенем лежали её браслет и княжеское кольцо. Она подошла к краю помоста, взяла браслет с гербом Дайров и бросила его обратно на металл чаши. Пусть остаётся там, где умерла ложь о почётном браке.

Кольцо она подняла.

Мортан следил за каждым движением.

Яра сжала чёрный камень в пальцах, потом положила кольцо перед Аврелом.

— Это сохраните для документов, старейшина. Вы ведь так любите оформлять чужую жизнь правильно.

Лицо Аврела стало серым от злости.

Яра развернулась и вложила руку в ладонь Нокса.

Его пальцы сомкнулись вокруг её руки не сразу. Сначала он дал ей миг отступить. Только когда она сама чуть сжала его ладонь, ответил — твёрдо, спокойно, без лишней нежности.