На этот раз, когда мы пробираемся сквозь толпу и люди пытаются остановить нас, чтобы заговорить, я практически продираюсь сквозь них, как сквозь кегли для боулинга.

Прошу прощения, не извиняюсь.

Мне нужно кое-куда уйти.

***

Час спустя Денвер оказался там же, где и прошлой ночью. Голый, с раздвинутыми ногами, мои пальцы двигаются внутри его тугого отверстия. Я облизываю нижнюю часть его члена, и он дрожит.

Он на краю кровати, упираясь ступнями в матрас, в то время как мои колени упираются в ковер. Мой член тяжелый и напряженный, но я пока не обращаю на это внимания, потому что видеть Денвера в таком состоянии стоит того, чтобы потерпеть.

Когда я поднимаю на него взгляд, на его лице появляется выражение дикого желания, и я готов на все, лишь бы он продолжал на меня так смотреть.

Он опирается на локти, наблюдая за тем, как я скольжу ртом вверх и вниз по его твердому члену. Каждый раз, когда я вбираю глубже, что, признаться, все еще не очень глубоко, в его глазах мелькает что-то остекленевшее, от чего у меня начинает болеть член.

Я выпускаю его член изо рта и прикрываю его свободной рукой, наблюдая, как мои пальцы двигаются внутри него. Я могу только представить, каково это - скользить членом внутрь и наружу. Я так сильно хочу быть внутри, но мы больше не обсуждали это, за исключением того, что на прошлой неделе он сказал, что думал об этом и, возможно, готов к большему. Мы были поглощены поисками других путей.

Словно читая мои мысли, голос Денвера прерывает мою концентрацию.

- Я хочу твой член.

Я замираю, моя рука застывает, обхватив его член, пальцы все еще внутри него.

- Т-ты уверен?

Все нервы возвращаются, но к ним примешивается возбуждение. Если минет Денверу может меня возбудить, я готов попробовать что угодно новое. Просто… это пугает. Потому что я хочу доставить ему удовольствие. Я хочу позаботиться о нем.

- Пожалуйста.

Черт, трудно сказать «нет».

Прежде чем успеваю хорошенько подумать или дать себе шанс отказаться, я отстраняюсь от него и встаю.

- Презерватив?

- Не нужно. - Он вслепую тянется за смазкой и швыряет ее в меня.

- Не нужен?

Он качает головой.

- Только не нам. Только не с тобой.

С кем-нибудь другим я бы настаивал, но я доверяю Денверу больше, чем самому себе. Я ни с кем не встречался с тех пор, как вернулся домой, и когда твой детский врач настаивает на полном обследовании на ЗППП, потому что «Столько лет общался с голливудскими типами, ты обязательно что-нибудь подхватил», ты с ним не споришь. И да, это было чертовски неловко.

Я выдавливаю смазку в ладонь и смазываю член.

Денвер лежит, распростертый и готовый для меня, наблюдая, как я себя готовлю. Его вид с раздвинутыми ногами, стоящим твердым членом и чистое желание на его раскрасневшихся щеках разжигает во мне потребность. Еще несколько движений, и все может закончиться, даже не успев по-настоящему начаться.

Денвер ерзает.

- Мейс...

Я знаю этот тон. Это, поторопись-блядь, тон. Очевидно, не имеет значения, происходит ли это в раздевалке, потому что мы опаздываем, или в разгар секса, его нетерпение звучит одинаково.

Я снова засовываю в него два пальца, просто чтобы убедиться, что он готов. По тому, как дрожит его тело, а рука тянется к члену, сжимая его у основания, уверен, что он более чем готов принять меня. Мы оба опасно близки к краю, и это может закончиться самым быстрым сексом, который только известен мужчине.

- Перевернись, - говорю я.

Матрас Денвера высоко над полом, поэтому, когда он встает на четвереньки и опирается на локти, а его задница приподнимается, мой член идеально совпадает с его анусом, когда я стою в изножье кровати.

Я хочу сразу же войти, хочу жестко взять его, но знаю, что нужно начать медленно.

Мой член находится между его ягодицами, пока я провожу руками по его стройному, но подтянутому телу. Мышцы его спины сокращаются под моими пальцами.

Я провожу руками вниз, чтобы обхватить его бедра, любуясь его круглой задницей, но воздерживаюсь от того, чтобы наклониться и прикусить ее. Он совершенно гладкий, в отличие от меня. Я ни в коем случае не волосатый, но у Денвера белая, сливочная кожа.

- Поторопись, - говорит Денвер.

Я издаю негромкий смешок.

- Прости. Я перестану любоваться твоим сексуальным телом.

- Ты можешь любоваться им, пока меня трахаешь.

Я фыркаю.

- Ты властный, когда возбужден.

- Я не властный. Я нуждающийся. Есть разница, и ты мне, пиздец, как нужен.