Я смеюсь, но это как-то неловко, потому что, да, мне это совсем не понравилось.

- Лезла ко мне? Так это сейчас называется?

- Ты же знаешь, что тебе нельзя, верно?

- Конечно, знаю. Я как раз собирался сказать ей, чтобы она отвалила, когда ты вошел.

Взгляд Мейсона сужается, как это бывает, когда он пытается сказать дерьмо собачье.

- Честно. Она села и сказала что-то совершенно неуместное. По крайней мере, думаю, что это было неуместно, но не могу быть уверен, потому что, понимаешь, это в серой зоне.

- Какими были ее слова?

- Она спросила, что ей нужно сделать, чтобы пройти в следующий раунд. - И теперь, когда я это повторил, да, звучит ещё хуже. - Ладно, теперь я понимаю. Это совсем не серая зона.

- Почему у съемочной группы нет здесь кого-нибудь, кто мог бы убедиться, чтобы ничего подобного не произошло?

Я понижаю голос.

- Они предлагали, но в моем личном пространстве и так слишком много людей. Понимаю, что это было неудачным решением.

- Не возражаешь, если я останусь до конца твоих занятий?

- Останешься? - Я в восторге. Он, правда, может помочь этим людям. Возможно, если они будут стараться изо всех сил, некоторые все же заключат контракты с лейблом.

- Кто у тебя следующий?

- Реджи. Он тебе понравится. Думаю, он мой главный фаворит на победу.

Мейсон морщит лоб.

- Ты уже принял решение?

- Что?

- О том, кого возьмешь в финал?

Я усмехаюсь.

- Ты говоришь так, будто у меня есть выбор. Я не выбирал никого из своей команды. Продюсеры собрали группы и сказали нам, кого отсеять, а кого взять, исходя из их личных качеств. Им нужны яркие личности, которые хорошо справятся с реалити-шоу. Их не волнует талант.

- Это неправильно.

- Знаю. Вот почему я хочу убедиться, что такие люди, как Реджи и Сиси, исполнят свои песни на полную катушку, чтобы привлечь внимание лейбла, серьезно относящегося к музыке, а не только к «Фэндому».

- Я помогу. Давай сделаем это.

«Я бы поцеловал тебя», чуть не срывается с языка, но я сдерживаюсь. Потому что я действительно поцеловал бы его снова.

Но я этого не сделаю. Я усвоил урок с первого раза.

Реджи - замечательный человек, с которым приятно работать. Он слушает и на самом деле не нуждается в особом наставлении и поддержке. Он уверен в себе, но не дерзок. Песня, которую он исполняет - «Ревнивый» группы «Лабринт»[1], и хотя я слышал эту песню миллион раз, когда он начинает петь, мой взгляд прикован к Мейсону.

Пальцы легко скользят по клавишам. Это одна из первых песен, которые я выучил на пианино. Она появилась примерно в то время, когда лейбл хотел, чтобы мы освоили больше инструментов.

В исполнении Реджи столько эмоций, что у меня по спине мурашки бегут. Это возвращает меня к моментам, когда мы с Мейсоном были в разлуке, когда я думал о нем и о том, чем он занимался. Чувство самосохранения не позволяло мне связаться с ним, но пока он не сбежал в Монтану, я следил за каждым его шагом.

Знаю, люди ненавидели его сольный альбом, потому что, по словам критиков, он был непоследовательным и неудачным, но если бы они потрудились сесть и послушать каждую песню в отдельности, они бы увидели, какой Мейсон удивительный исполнитель.

Я хотел подойти к нему и сказать, как сильно мне понравился его альбом. Как я слушал его на повторе. Но я не смог. Я завидовал каждому, кто работал с ним над этим альбомом, и мне было невыносимо видеть его на рекламных мероприятиях. Он выглядел таким счастливым.

Потом его синглы не попали ни в один хит-парад, и я с головой ушел в то, чтобы убедиться, что со мной не случится то же самое.

Реджи заканчивает песню, и я ловлю себя на том, что вынужден смахнуть слезу.

- Это было идеально, - говорит Мейсон хриплым голосом.

- Правда? - Глаза Реджи загораются.

- Пой именно так во время съемок, и лейблы тебя точно заметят, - говорю я.

Он выглядит так, будто вспотел.

- Ох. Ладно. Хмм, напрягает.

- У тебя получилось, - говорю я. - Хочешь повторить?

- Да, давай.

Во второй раз я заставляю себя все время смотреть на Реджи, потому что, если хотя бы взгляну на Мейсона, все это эмоциональное дерьмо всплывет на поверхность, хотя я изо всех сил пытаюсь все это подавить.

Реджи тоже не сводит с меня глаз, и это помогает сосредоточиться. Одной из первых вещей, что я сказал своей группе, было, что я знаю, как легко растеряться на сцене, и лучше всего выбрать место, куда можно смотреть, не обращая внимания на все остальное.

Он заканчивает так же безупречно, как и в первый раз, и я достаточно уверен, чтобы прервать наше занятие.

Как только он выходит за дверь, Мейсон качает головой.

- Твою мать.