Мужчины бережно, словно я сделана из хрупкого хрусталя, укладывают меня на спину. Прохладная кожа дивана контрастирует с невыносимым жаром, который разливается по моим венам. Меня окружают со всех сторон, беря в сладкий плен, из которого я не хочу сбегать.

Артур опускается на колени у моих ног. Он бережно берет мою правую ступню в свои большие, горячие ладони и начинает разминать её. Его большие пальцы с силой, но так приятно надавливают на свод стопы, массируют каждый пальчик, прогоняя усталость после целого дня на каблуках.

— М-м-м… — невольно стону я, откидывая голову на спинку дивана.

Но Артур не останавливается на массаже. Он склоняется ниже, и я вздрагиваю, когда его мокрый, шершавый язык проходится прямо по моей пяточке, а затем слизывает невидимые капли с чувствительной кожи между пальцев ног. От этой интимной, невероятно пошлой ласки у меня искры сыплются из глаз.

Влад нависает надо мной сбоку. Его пальцы зарываются в мои растрепанные волосы, фиксируя голову, и он жадно впивается в мои губы. Это не просто поцелуй — это требовательное, глубокое вторжение. Его язык по-хозяйски проникает в мой рот, сплетается с моим, делясь вкусом дорогого алкоголя и мятной жвачки.

Я отвечаю ему так же страстно, задыхаясь от удовольствия и мыча прямо ему в губы.

Марк тем временем покрывает поцелуями мой живот. Он гладит напряжённые мышцы, опускается всё ниже, к самому эпицентру моего пожара. Его пальцы скользят по влажным складочкам киски, размазывая мою собственную смазку. Он массирует клитор, то нежно поглаживая его подушечкой пальца, то слегка надавливая, заставляя меня ритмично подёргиваться в такт его движениям.

Но главный эпицентр моего сумасшествия — это Дамиан. Отец моей подруги, властный, взрослый мужчина, сидит сбоку и ласкает мою грудь. Его огромные смуглые ладони обхватывают обнажённые полушария, сжимают их, взвешивают, словно спелые плоды.

Он массирует её, прокручивая затвердевшие, ноющие соски между пальцами.

— Боже, какие они у тебя отзывчивые… — рычит Дамиан.

Сквозь полуприкрытые веки, оторвавшись на секунду от поцелуя Влада, я вижу, как мужчины избавляются от последних преград. Они стягивают с себя белье, и мое дыхание окончательно перехватывает. Четыре внушительных, налитых кровью, пульсирующих члена предстают перед моим взором. Они огромные, идеальные, готовые к действию.

Дамиан наклоняется к моей груди и властно, жестко засасывает правый сосок в рот. Он тянет его губами, щекочет языком, посасывает с такой жадностью, что я выгибаюсь дугой, крича прямо в рот Владу.

— Всё. Больше не могу ждать, девочка, — хрипит Дамиан, отрываясь от моей груди. Его голос пропитан первобытным, животным голодом. — Хочу взять тебя прямо сейчас.

Он нависает надо мной, оттесняя остальных своей массивной фигурой. Его колени раздвигают мои бедра еще шире. Я чувствую жар его тела, его тяжелое дыхание на своем лице.

Он перехватывает мои бедра своими ручищами, фиксируя меня, и я судорожно вдыхаю, когда толстая, горячая, блестящая от смазки головка его члена упирается в мою влажную, пульсирующую дырочку.

Я замираю в сладком, мучительном предвкушении. Моя киска сама сокращается, умоляя его войти, заполнить ту самую «пустоту», о которой говорил мой бывший муж. И Дамиан готов доказать мне, насколько тот ошибался.

Глава 5

Дамиан не спешит. В отличие от моего бывшего мужа, для которого секс был просто быстрой физиологической потребностью, этот взрослый, властный мужчина наслаждается каждым миллиметром своего погружения.

Его широкая, блестящая от смазки головка медленно, неумолимо раздвигает мои влажные лепестки. Я судорожно выдыхаю, впиваясь пальцами в кожаную обивку дивана.

— Расслабься, Алиса. Впусти меня, — рокочет он, глядя мне прямо в глаза.

Я делаю глубокий вдох, стараясь расслабить мышцы живота, как они учили меня своими прикосновениями. И Дамиан толкается вперед.

Это чувство невозможно описать словами. Меня заполняют — глубоко, плотно, бескомпромиссно. Его толстый ствол растягивает мои стенки, доставая до самых сокровенных глубин, о существовании которых я даже не подозревала. Внутри меня не остается ни единого пустого миллиметра.

— Боже… — стону я, запрокидывая голову, когда он входит до самого основания, так, что наши тела соприкасаются.

— И кто посмел сказать, что ты пустая? — рычит Дамиан, начиная медленно, тягуче двигаться внутри меня. — Ты создана для этого. Чувствуешь?

— Да… да… — всхлипываю я от невероятного, острого наслаждения.

С каждым его толчком внутри меня словно разгорается пожар. Он выходит почти полностью, дразня, а затем снова вбивается до упора, заставляя меня выгибаться дугой.

Но я не остаюсь наедине только с ним. Волчья стая действует как единый, слаженный механизм, цель которого — свести меня с ума.