Отец подруги. Наша Малышка

Глава 1

Вибрация телефона в кармане форменного жакета кажется оглушительной. Я знаю, кто это.

Прижимаю трубку к уху, прячась в узком коридоре служебного помещения. Здесь пахнет хлоркой и сыростью — изнанка нашего элитного клуба «Оазис», которую гости никогда не видят.

— Алис, нам надо поговорить, — голос Стаса звучит сухо. Деловито. Так он обычно разговаривает с курьерами, которые опоздали с доставкой. — Я сегодня не приду ночевать. И завтра тоже.

— Командировка? — глупо спрашиваю я, сползая спиной по крашеной стене. Сердце делает кульбит и падает куда-то в желудок.

— Нет. Я переезжаю к Наташе.

Мир замирает. Звуки исчезают. Остается только гул в ушах.

Наташа. Моя школьная подруга. Та самая, с которой мы пили кофе по пятницам и обсуждали мой цикл. Та, которая знала, как я мечтаю о ребенке.

— К Наташе? — мой голос ломается, превращаясь в сип. — Стас, ты что… шутишь?

— Она беременна, Алис. У меня будет сын. Настоящий.

Каждое его слово — как удар под дых.

— А я? — шепчу я, чувствуя, как по щекам катятся горячие, злые слезы. — Мы же лечимся… Мы же пытаемся…

— Хватит, — жестко обрывает он. — Я устал жить с женщиной-проблемой. Врачи же сказали — у тебя там всё плохо. Ты пустая, Алиса. Понимаешь? Пустая ваза. А мне нужен наследник, а не вечные истерики и походы по клиникам. Я подал на развод.

Гудки.

Я смотрю на погасший экран, и мне кажется, что я рассыпаюсь на части. «Пустая». Это слово выжигает меня изнутри. Мне двадцать три, и меня списали в утиль, как бракованную деталь.

Воздуха катастрофически не хватает. Стены подсобки начинают давить, сжиматься.

Мне нужно спрятаться. Куда-то, где темно, тихо и прохладно.

Я знаю, что «Императорский люкс» сегодня пустует до вечера — бронь стоит на восемь, а сейчас только пять. Это самое дальнее помещение, звукоизолированное, мой личный бункер, где можно прорыдаться и умыться, прежде чем снова надеть маску безупречной управляющей.

Я бегу по мраморному коридору, не видя ничего перед собой из-за пелены слез. Срываю с шеи душный платок, расстегиваю верхние пуговицы блузки, потому что грудную клетку сдавливает спазм.

Рывком открываю тяжелую дубовую дверь и влетаю внутрь, всхлипывая в голос.

— Ненавижу… — шепчу я, закрывая лицо ладонями. — Какая же я дура…

— Интересное заявление для начала вечера, — раздается низкий, бархатный голос, от которого у меня мороз продирает по коже.

Я замираю. Медленно убираю руки от лица.

В центре комнаты, в полумраке, освещенном лишь мягкой подсветкой аквариума, сидят четверо мужчин. Они явно только что вошли — на столе стоит непочатая бутылка виски, а воздух еще хранит запах дорогих сигар и улицы, не успев смешаться с ароматом масел сауны.

Дамиан Эдуардович.

Отец Полины. Моей лучшей подруги со студенческой скамьи.