И хотя мне следовало бы переживать из-за стремительно сокращающегося расстояния между Дейном и его разъяренным отцом, я слишком занят тем, что неотрывно пялюсь на крошечные поблескивающие колечки. Липкая капля пота скатывается по позвоночнику, и я сильнее вжимаюсь бедрами в столешницу, пытаясь представить, каково это – когда тебе насквозь прошивают такие маленькие, нежные вершины сосков.

— Дорогой, по-моему, они смотрятся очень мило, — ласково произносит Джосселин, вступаясь за пасынка, и встает между ним и мужем с легкостью женщины, привыкшей виртуозно гасить любые конфликты. — Наверняка он поступил так, чтобы произвести впечатление на девушку, которая ему нравится.

— Ага, пап. Изо всех сил пытаюсь впечатлить девчонок, — бросает Дейн.

— У меня нет времени на твои глупости, — цедит Арти и идет в сторону прихожей. Спустя мгновение входная дверь с грохотом захлопывается.

— Ты просто обожаешь выводить людей из себя, да? — Талия награждает брата испепеляющим взглядом.

Пропустив ее вопрос мимо ушей, Дейн плавно отстраняется от Джосселин и придвигается ко мне. Плечом он вскользь задевает мое, прошивая тело разрядом тока, пока по-хозяйски берется разливать мой коктейль по двум стаканам.

Талия уходит на занятия, а Джосселин выходит на задний двор, чтобы позагорать у бассейна. Оставшись с Дейном наедине, я могу лишь бочком перебраться на противоположную сторону кухонного островка и прятать пах за столешницей до тех пор, пока мой член наконец не осознает, что творит, и не опадет.

— Извини за тот срыв на днях, — произносит Дейн так буднично, словно сегодняшнее утро ничем не отличается от любого другого. — Я вел себя как обиженный ребенок.

Я киваю, потому что так и было, но сейчас прошлое не имеет ни малейшего значения, ведь все мои мысли заняты лихорадочным поиском способа улизнуть из кухни так, чтобы Дейн не заметил откровенный стояк, оттягивающий мои пижамные штаны.

Понимая, что совершаю фатальную ошибку, я поднимаю подбородок и скольжу взглядом по телу Дейна. Прямо от резинки спортивных шорт вверх, до самого пирсинга, стягивающего его соски в тугие, твердые бусины. Во рту стремительно скапливается слюна. Лишь когда я взглядом добираюсь до лица Дейна, то судорожно сглатываю.

— Куда ты пошел после матча?

— Скажем так, я спускал пар, — отвечает он.

Глагол «спускал» ничуть не помогает моей пикантной проблеме, а скрытый подтекст подмешивает совершенно новое чувство к тому жгучему коктейлю, что уже бурлит в животе и куда ниже. С кем он там его спускал?

— С парнем? — хрипло спрашиваю я.

— Ну уж явно не с девушкой, логично же, — лукавый тон Дейна и его порочное подмигивание мгновенно рисуют в моем воображении картины, которые мне сейчас совершенно ни к чему.

Глубоко вздохнув, я лихорадочно соображаю, что сказать дальше. Очевидно, что я нужен Дейну куда меньше, чем он мне. Если не считать Талию, он – мой единственный настоящий друг в этом городе, в то время как у него есть целая армия приятелей, сокомандников и любовников, готовых в любой момент потешить его эго.

— Так... и кто тот парень? — допытываюсь я. Если Дейн назовет имя своего капитана, я даже не представляю, что почувствую. А если всплывет имя Рэнди, то вообще вряд ли смогу смотреть этому парню в глаза. При всей симпатии к Рэнди, меня физически мутит от одной мысли о том, как его долговязые конечности сплетаются с ногами Дейна в один клубок, словно ебаные спагетти.

— Ты его не знаешь, — отмахивается он.

— Кто-то, кто тебе нравится? — настаиваю я.

— Чувак – просто ненасытный пассив от бога, — он беспечно пожимает плечами. — Разве тут может что-то не нравиться?

— Я… — мой мозг откровенно зависает, провоцируя тупую пульсацию за глазами, верный сигнал надвигающейся мигрени. — Без понятия, что это значит.

— Погугли, — хмыкает Дейн, пододвигая ко мне один из полных стаканов.

Но я хватаю стакан и залпом вливаю в себя четверть порции, даже не переводя дыхания. От ядерной смеси терпкого цитруса, травянистой горечи зелени и порошковой текстуры протеина на глаза наворачиваются слезы, а желудок сводит спазмом. Зато, к счастью, мгновенно усмиряет мой член и хоть немного прочищает мозги.

— Слушай, мне правда жаль, что ваша команда упустила победу. Но вина лежит на всей команде, а не только тебе. Ты сделал очень смелый удар. В следующий раз точно забьешь, — искренне говорю я.

— Поживем, увидим, — тихо бормочет Дейн, внезапно посерьезнев, и подносит стакан к губам. Затем он делает несколько тяжелых глотков, напрягая рельефные мышцы своей длинной шеи.

— Бляяя! — Дейна откровенно передергивает от вкуса пойла, и он тыльной стороной ладони стирает каплю с подбородка. — Слушай, а у тебя еще остался тот задротский планшет?

— Он не задротский, — бубню я, неотрывно пялясь на точеную линию его ключицы. — Обычный планшет для записей.

— Нам надо бы на днях снова потренироваться. Как бы мне ни претило признавать, но, кажется, благодаря тебе я реально становлюсь лучше. Просто не могу позволить, чтобы субботний провал повторился, — произносит он.