– Я беременна, Ясмина. Отец малыша – Женя. Если нужна справка – я всё покажу. Так что… никакого развода не будет.
Глава 49
Смотрит на меня и улыбается.
Тварь.
– Не ожидал, Руденский? Я же говорила, что еще могу преподнести тебе сюрприз! Вот и он.
Сука… какая же она… сука.
– Срок у меня, конечно, небольшой. Но ты же понимаешь, дорогой, все справки в норме. Я бы не стала делать это, если бы не была уверена в своей победе.
Мне нечего сказать. Стою у окна своего кабинета в Москва-Сити, смотрю на город, лежащий у моих ног. Сейчас бы разбить к хренам стекло и выбросить эту змею, чтобы перестала портить жизнь людям.
– Ты, конечно, можешь со мной развестись, но ведь ты представляешь, что начнётся, да? Какой шум я подниму? Захочет ли Агдамов, чтобы семейная жизнь его доченьки начиналась с такого скандала?
Скандала, говоришь?
Медленно поворачиваюсь к ней. Сохраняю спокойствие. А что тут сделаешь? Сгорел сарай, гори и хата, как говорится…
– О каком скандале ты говоришь, Настя? Ты… ты что, не понимаешь, с кем связываешься?
– Прекрасно понимаю. Но сам посуди… Вы с Агдамовым в последнее время совсем с цепи сорвались. Взять хотя бы историю с этим парнем… кажется… Белоцерковский его фамилия, да? Ты его избил до полусмерти, Агдамов добавил. Полиция на ваши проделки глаза закрыла – сплошная коррупция. Вы кем себя возомнили? У нас, между прочим, конституционная страна, у нас есть законы…
Вот же овца. И ведь сама ни хера не понимает о чём говорит. Конституцию еще приплела.
Да, Ярослава я прессанул, и Адам тоже. И отец этого молодого мажора надолго запомнит, как детей воспитывать, чтобы не становились такими вот утырками.
Что до полиции – никто ничего, по сути, не заминал. Парень напал на девушку, держал её силой, против воли, возможно, планировал изнасилование. Я защищал потерпевшую, немного превысил меры самообороны. Готов заплатить штраф. Всё.
Агдамов его помял – тут состояние аффекта, он узнал, что этот малолетний дебилоид напал на его дочь. Закон на стороне отца.
Так что, Настины слова вызывают только ухмылку.
А вот остальное.
– Интересно, Анастасия Львовна, ты искренне считаешь, что ребёнок, которого ты зачала таким способом остановит меня? Помешает с тобой развестись?
– Представляешь, Руденский? Именно! Считаю. Это ребенок. Твой. А уж каким образом он появился в моем животе – дело десятое. Ты еще докажи, что не спал со мной два месяца назад.
– Легко докажу. Но суть не в этом. По закону беременность не является основанием для того, чтобы сохранять брак. Ты бы изучила сначала законы-то, Настя. Вроде же мечтала когда-то на юридический поступать, когда в театральный провалилась? Неужели настолько тупа.
– Я тупа? – Вижу, как её глаза наливаются яростью, зря я это сказал, конечно. Не потому, что меня пугает ярость бывшей, мне на это плевать, просто… лишний раз опустился до её уровня. – Значит, тупа? Эти слова тебе будут стоить еще несколько миллионов.
– Несколько миллионов? Так что, ты всё-таки согласна на развод?
– Нет, милый, пока нет. И костьми лягу, чтобы ты его не получил. Твоей малолетней подстилке я уже все сказала, Агдамова я не боюсь, у меня теперь покровители посильнее. Так что…
– Слушай, Насть… что с тобой стало-то, а? Нормальная же баба была?
– Была. Только вот… попадаются в жизни одни уроды, знаешь ли… Козлы. Такие как ты. Как Агдамов… Думаете, что только вы короли жизни, на чувства других плевать.
– Неужели? А о чьих чувствах ты думала, дорогая моя жена, – специально делаю ударение на последнем слове, – когда полезла в трусы к Агдамову? Или, когда, не разведясь со мной потащилась в Эмираты, шейхам отсасывать? Насосала то хоть, нормально?
– Мудак ты, Женя! Какой же ты мудак! Я же любила тебя! А ты…
– Так любила, что под Адама легла? – качаю головой, еще не осознаю до какой степени может дойти её наглость.
– Я была молодая дура! Мне лет было… чуть больше, чем этой вашей… принцессе Жасмин, блин… Я просто повелась на его сладкие слова! Ты все время работал, приезжал ночью, весь в своих делах, в проектах, в компании. А я одна постоянно!
– Одна? Ты со своими подругами моделями постоянно таскалась! Я приезжал ночью с работы – тебя дома нет. Охрененное одиночество! Может, ты и до Агдамова мне рога наставляла?
– Да, я гуляла по клубам, потому что тебе было на меня плевать! А Адам за мной ухаживал, угощал, подарки дарил, обещал… обещал жениться…
Она вытирает слезы, а я не удивляюсь тому, что её не приняли в своё время в театральный. Актриса из неё никакущая. Влагу по лицу размазывает, а у меня ощущение, что она просто лук резала и ей в глаз попало. Эмоций ноль.
И инфа о том, что Агдамов обещал на ней жениться… ха-ха, три раза. Из серии – да что я только на тебе не обещал!
Слова Насти меня не трогают.
Слёзы тоже.