— Но… работа…
— Никаких «но», — отрезал он тоном, не терпящим возражений. — Пей чай, он тебе сейчас полезен! Подружек позови, устройте девичник века, поболтаете, посплетничаете! Захочешь развеяться – мой водитель мигом доставит вас в парк, по магазинам, хоть на Луну!
Господи Всемогущий, да что ж он такой невыносимо милый-то?! Это вообще законно? Мое сердце бешено колотилось, готовое выпрыгнуть из груди и станцевать джигу на столе! Ну как тут можно устоять?!
— С тобой точно всё в порядке? — Полина впилась в меня взглядом. — Бледная, как моль, объевшаяся нафталином! Может, водителю скомандуем остановку? Водички тебе?
— Да всё в порядке, Полин, честное пионерское! Просто задумалась о вечном… И о том, куда девать носки без пары.
— Точно? Просто ты какая-то… другая, — не унималась Полина. — Обычно ты у нас заводила, а тут сидишь и молчишь. Что-то случилось? Мой дядя тебя как-то обидел?
— Да всё нормально, Полин, перестань, — отмахиваюсь я. — Просто устала немного. Вот и вся история.
Полина, конечно, не унимается, сверлит взглядом, но я делаю вид, что смотрю в окно. А там мелькают дома, деревья, люди. Жизнь кипит, а у меня в голове — кавардак.
Сердце сжимается в предательском танце, когда понимаю, в какой комичный и одновременно трагичный переплет я попала! Плету паутину недомолвок вокруг лучшей подруги, скрывая безумное влечение… к ее дяде! Это же просто комедия абсурда!
Чувствую себя одновременно и героиней слезливого романа, и персонажем похабного анекдота. Как вообще такое могло произойти?! Ах, эта жизнь, полная нелепых поворотов и дядей, которые, оказывается, могут быть чертовски… соблазнительными.
— Приехали! — объявляет водитель, галантно помогая нам выбраться из машины.
Вдыхаю свежий воздух. Полина тут же начинает щебетать о новых коллекциях в бутиках, о том, что ей срочно нужна новая сумка и пара туфель. Я киваю в ответ, стараясь не выпадать из разговора.
— Поль, ну а ты как, красотка? — интересуюсь я, изо всех сил стараясь казаться беззаботной.
— Да как всегда, всё пучком! — выпаливает она, с нарочитым энтузиазмом избегая моего взгляда.
— Я вижу тебя насквозь, Поль, врешь как дышишь! Но если секретничаешь — ладно, давить не буду. Просто знай, я всегда рядом.
— Спасибо, — прошептала Полина, а я уже нырнула в изучение кафешного интерьера, пытаясь сбежать от урагана в собственной голове.
Данил. Сидит в углу, в полумраке, что-то оживленно обсуждает с каким-то типом в дорогом костюме. Случайность? Сомнения развеялись, как только я увидела, как они обмениваются папкой с документами.
Сердце бешено заколотилось. Интуиция кричала, что здесь что-то нечисто.
— Прости, Полин, мне нужно отойти, — выпалила, вставая из-за стола.
— Куда ты? — удивленно спросила Полина, но я уже спешила в противоположную сторону от столика.
Включив режим "маскировка", присела за столик неподалеку, стараясь не привлекать внимания. Достала телефон, якобы проверяя сообщения, а сама краем глаза наблюдала за ними.
Они говорили тихо, но отдельные фразы все же долетали до меня. «Передать информацию вовремя…», «конфиденциальность…», «большие деньги…», «Котова надо убрать» — каждое слово отдавалось эхом в голове, складываясь в страшную картину. Данил может быть связан как-то с конкурентами Котова.
Когда они закончили, Данил пожал руку своему собеседнику и направился к выходу. Оставив Полину в полном недоумении, выскользнула из кафе и бросилась следом.
Стараясь держаться на расстоянии, следовала за ним по улицам города. Он то и дело оглядывался. Мои нервы были на пределе. До сих пор не понимаю, каким чудом не попалась.
— Арина? Что ты здесь делаешь? — услышала я взволнованный голос Полины. Черт! Вот это провал!
— Полин, это… Это не то, что ты думаешь, — начала я, пытаясь сообразить, как выкрутиться из этой ситуации.
— Ты почему пошла одна?! — в голосе Полины звучали обида и непонимание.
Не успела я ничего ответить, как из переулка выскочили двое мужчин в черных куртках и надвинутых на глаза кепках. Они схватили Данила и, не церемонясь, потащили его вглубь переулка.
Глава 20. Меня накажут?
Полина, словно молния, опередила меня, в мгновение ока схватив за шиворот, как провинившегося котенка, рывком оттаскивая за угол, укрывая от чужих недобрых глаз.
— По… — я попыталась что-то сказать, но не успела. Ледяная хватка ее ладони намертво зажала мне рот, лишая даже возможности издать слабый писк. Сердце бешено колотилось в груди, готовое вырваться наружу.
— Тише, — прошептала она, дрожащими пальцами нашаривая телефон. Камера включилась, фиксируя творящийся за углом хаос.
Дыхание сбилось, каждый вдох давался с трудом, в горле пересохло от страха. Боялась даже пошевелиться, не то что издать звук.