– Я здесь и один прекрасно справлюсь, – по-доброму отвечает мастер с легкой улыбкой и продолжает ковыряться в двери.
Достаю смартфон, и кровь отливает от лица – свекровь.
Отношения у нас такие, мягко говоря, натянутые.
Она на меня с самого начала смотрела с прищуром, все считала, что Алеша большего достоен.
А уж как у нас с ребенком все стало затягиваться, так вообще…
Ни одной встречи без шпильки в мой адрес, приправленной показной фальшивой жалостью.
И ее звонок для меня событие отнюдь не рядовое.
Она Леше звонит и от него узнает, как у меня дела. Если интересуется вообще.
– Алло, здравствуйте, Нина Михайловна.
– Здравствуй, Алиса, – голос у Татьяны Алексеевны твердый, как и весь характер – словно вырублен из гранита. – Я не могу дозвониться до Леши, а дело срочное…
– У него встреча, – машинально отвечаю я.
– Ах, встреча? Ну ясно… Тогда слушай ты. Я сейчас на даче, и позвонила соседка – говорит у нас по дому утечка газа. Езжай и посмотри, что там. Я вернуться в город никак не могу…
Характер у Нины Михайловны совсем не сахар. Она срок лет проработала учителем математики в школе, и это закалило ее… или ее учеников, уж не знаю кого больше.
Ее ничуть не смущает, что на дворе будний день и я, вообще-то должна быть на работе.
Да и вообще, безаппеляционность требования меня раздражает.
Проще всего было бы ответить, что я на работе, но какая-то злая сила подмывает меня повести разговор по-другому.
– Не могу, Нина Михайловна, у меня у самой мастер дома, а потом нужно ехать в клинику…
– А-а, – тянет она, – все ищешь, что в тебе не так…
Блин, лучше бы вообще трубку не брала и проигнорила ее, но чертово воспитание не позволило так сделать…
Кровь бьет в виски.
Это болезненная для меня тема, и она об этом прекрасно знает.
– Да, Нина Михайловна, я занимаюсь своим здоровьем, но вы можете называть это как вам нравится.
– Обиделась что ли? – тут же перестраивается свекровь. – Обижаться не надо. Я же любя. Сердечко-то знаешь, как болит за вас с Алешей? Внучат думаешь не хочется потискать и понянчить? А ты все в штыки, в штыки… Как колючка… От того-то и нет детей, – ставит она профессиональный диагноз.
Все разговоры на эту тему у нас идут примерно по одному сценарию: она лезет не в свое дело, топчется грязной обувью у меня в душе, а потом переворачивает все так, что это я злая, я реагирую неправильно, да еще и Леше жалуется.
А меня просто бесит, когда бестактно лезут не в свое дело. Причем такое интимное.
– А мастер-то что? Сломала что ль чего?
Точно. Надо зарубить себе на носу – никогда и ни при каких обстоятельствах больше не совершать такой грубой ошибки – не брать трубку от нее.
В голове мелькает вдруг дурацкая мысль, мол, спасибо, Катя, совсем скоро благодаря тебе Нина Михайловна перестанет быть моей головной болью и станет твоей.
Мне на секунду становится жалко Катьку, но я тут же одергиваю себя – это всего лишь по привычке и скоро пройдет.
– Нет, – отвечаю с улыбкой, – замки меняю…
– За-амки? – тянет удивлено Нина Михайловна. – Ключи что ли потеряла? Нельзя быть такой несобранной, я же сколько раз говорила Алеше… А теперь его деньги тратить придется на мастера, охо-хо…
– Нет, – прерываю ее причитания, – я не теряла ключей. Просто ваш сын завел себе любовницу и решил выгнать меня из дома. А я всего лишь его немного опережаю.
В трубке повисает гробовая тишина.
В какой-то момент я себя корю за несдержанность и думаю не хватил ли Нину Михайловну удар.
Она мне хоть и не нравится, но смерти ее я точно не хочу.
– Ну, – вдруг заявляет Нина Михайловна, – может не стоит спешить его упрекать и ты сама виновата? А у моего Алеши наконец появится нормальная семья…
5
Алиса
Я хоть и привыкла к, так сказать, не слишком дружелюбному отношению свекрови ко мне, но долго закрывала глаза на это ради «Алеши».
Я как-то несколько раз говорила ему о неприятных репликах в мой адрес, но он относился к этому со скепсисом – моя мама относится к тебе хорошо, не придумывай, так он говорил каждый раз, когда я приходила к нему за поддержкой.
Вот и все. Тем более, что я не могла быть достаточно убедительной – ведь дело не только в словах, но и в интонациях, взглядах и контексте…
Ну, я и забила на жалобы – просто стала стараться поменьше взаимодействовать с токсичным для меня человеком.
С Лешей у них хорошие отношения, вот пусть и общаются, решила я тогда.
А я просто не буду обращать внимания. Раздувать скандалы внутри семьи не хотелось. Тем более, что мне было из-за чего переживать.
Сейчас же совсем другое дело и терпеть я не намерена.
– Может и виновата – говорю я твердо, – а может ваш сын просто оказался подлецом и предателем.
И кладу трубку.
Пусть брызжет ядом сколько угодно – я это слушать не намерена.
Представляю, как выпучились сейчас ее глаза. Наверное, от злости телефон расплавился.