Говорит так, будто я к нему лично в карман залезла или конфету изо рта успела вытащить.
– А работать кто в ваше отсутствие будет, эм?
Я вздыхаю и закатываю глаза.
Ладно бы его упреки были справедливы, и я действительно злоупотребляла бы отгулами или плохо работала…
Но последние четыре недели я стабильно задерживалась на работе и выходила каждую субботу, чтобы быстрее освоить весь необходимый объем работы.
И теперь он мне что-то выговаривает?
– Мне не нравится такое отношение к работе… – вздыхает так будто от сердца отрывает. – Я знаю, вы на особом счету у руководства, но это, все-таки не повод, так вести себя.
Чувствую, как наливаюсь краской, а пальцы сжимают столешницу.
Особый счет у руководства он прав – они меня полгода переманивали с предыдущего места работы. Сулили перспективы и карьерный рост.
Но я никогда не афишировала это. Работала, как и все.
Понимаю, что Игорь включил сейчас начальника.
А у меня нет желания и сил препираться с ним по такому пустяковому поводу.
Хотя, конечно, интересно чего это он на меня так взъелся.
– Уверяю вас, работа не просядет нисколько, – твердым голосом продолжаю уговаривать его. – Я обязательно выйду в субботу и восполню все пробелы…
Слышу, как он жует губами, раздумывая.
Кажется, он из тех людей, которые любят упиваться властью.
До этого у нас с ним были довольно ровные рабочие отношения. Он мне не слишком нравился, но повода как-то плотнее столкнуться еще не было.
А тут я оказываюсь в уязвимом положении…
– Ладно, но давайте договоримся, что личные вопросы вы будете решать в личное время, без ущерба работе. И это в порядке исключения, только один раз.
Я горячо благодарю его, кладу трубку и думаю – как он будет теперь смотреть на то, что я ровно в восемнадцать ноль ноль буду подниматься и уходить – решать «личные вопросы в личное время». И с добровольными рабочими субботами пусть попрощается заодно.
Как же оказывается много людей готовых чуть что поставить тебе подножку, совершенно забывая все хорошее.
Откладываю телефон и выбрасываю Игоря из головы. Человечек с синдромом вахтера – не самая главная моя забота.
Полученный день мне надо использовать по полной.
Наливаю стакан воды и делаю большой глоток воды – чуть успокоить дыхание и унять сердцебиение.
Потом оглядываю нашу замечательную светлую квартиру: здесь все сделано моими руками. Любовно продуман интерьер и дизайн, ведь я так надеялась жить здесь счастливой семьей – с мужем и ребенком…
Леша часто отмахивался, старался устраниться от участия и только говорил, что его дело давать деньги на воплощение моих идей.
А теперь он хочет, чтобы я собрала вещи и добровольно ушла из дома, который сама же кропотливо создавала?
Наглости ему не занимать!
Не будет этого – я не собираюсь покорно сдаваться и терпеть.
Быстро нахожу в интернете мастера по смене замков и делаю срочный вызов.
К моменту возвращения Алексея домой, я хочу быть максимально подготовленной.
И подготовить его… к его новой жизни, к которой он так стремится!
4
Алиса
Мастер приезжает на удивление быстро.
Это опрятный мужчина лет за пятьдесят, одетый в синюю униформу рабочего.
Он вежливо здоровается и приступает к работе.
Как только он начинает, у меня немного отлегает от сердца.
Начало положено, и это меня сильно поддерживает.
Говорю себе, что главное действовать и не позволять эмоциям накрыть… но за что хвататься теперь?
Никогда не думала, что могу оказаться в такой ситуации.
Посоветоваться с кем-то из подруг?
Одна, Катя, мне уже оказала «помощь» в жизни…
Как-то страшно идти к кому-то со своей бедой.
Мы ведь с Катькой дружили с первого курса универа.
Прекрасно помню день нашего знакомства: для меня, провинциалки, в столичном универе все было в диковинку.
Впечатлений было столько, что голова шла кругом, а сердце наполнялось радостью.
Рыжеволосая яркая Катька тогда без обиняков подошла ко мне перед парой и спросила понимаю ли я что-нибудь в химии.
Я неуверенно кивнула, и тогда она, смеясь сказала – помоги с домашкой.
Я согласилась, но ответила, что это будет именно помощь. Делать за нее я не собираюсь.
Она удивлено взглянула на меня, и расхохоталась. Так с тех пор как-то и пошла у нас дружба.
Жили в общаге вместе, делились всем: и едой, когда денег со степухи оставалось совсем впритык, и сокровенным…
Дополняли друг друга: она – взрывная, эмоциональная, яркая… Я же больше спокойная и практичная.
Все, Алиса, хватит об этом думать!
Я ругаю себя за излишние сантименты, ведь это нисколько не помогает.
От мыслей отвлекает телефонный звонок.
– Извините, я отойду – отвечу по телефону…