Андрей молчит.
Да и что тут можно сказать, если все очевидно?
– Ты очень настойчивая, – вдруг произносит он с улыбкой. – И даже настырная.
Улыбка становится еще шире. Он бросает быстрый взгляд на меня.
Смущаюсь.
– Давай не будем усложнять? – продолжает он. – Хотя бы этим вечером. Давай просто отпустим ситуацию… вот сейчас. Именно сейчас. Позволь мне позаботиться о тебе. Без всяких предварительных условий.
Еще один взгляд, и я замечаю в его глазах искорки доброго смеха.
– Поверь, никакого подвоха. Никаких ухищрений.
Мы пробираемся к выезду из города.
– Мы едем за город, – отвечает Андрей на высказанный вопрос. – Чистый воздух, пение птиц и спокойствие – это я тебе могу обещать.
– А жена? Или подруга? Как она отреагирует на мое появление?
Андрей поджимает губы и смотрит вперед.
– Подруги нет. Жены тоже, – просто отвечает он, но я чувствую тяжелую ношу в его словах и невысказанную боль.
Понимаю, что лезть с расспросами не нужно.
Не из-за бестактности, а… чтобы не причинять боль. В чем бы она не заключалась.
– Ты оказалась в такой атмосфере, где каждая минута для тебя – риск, – меняет тему Андрей и поглядывает на меня.
Я задумчиво киваю, но не особо вникаю в смысл его слов – поглощена своим неожиданным открытием.
Андрей видится мне теперь в несколько ином свете…
Наверное, он прав и мне нужно просто выдохнуть.
За эти несколько дней я словно прожила не один год.
– А это очень вредно… и для тебя, и для ребенка, – продолжает он.
Киваю.
Молчаливо принимаю его приглашение и его заботу.
Остаток пути проводим в тишине.
Я задумчиво смотрю на темную громаду леса и звездное небо. Изредка бросаю взгляды на него и мне кажется, что чем больше времени мы проводим в пути, тем Андрей становится сумрачнее.
Брови нахмурены. Морщины прорезают лоб все сильнее…
А уголки сжатых губ опускаются ниже.
Словно он борется внутри себя с чем-то неприятным… и, как мне начинает казаться, с чем-то, что связано именно со мной.
Но ведь он сам меня пригласил!
И сказал, что ни жены, ни подруги нет…
Мы въезжаем в фешенебельный коттеджный поселок и останавливаемся перед стильным двухэтажным домом.
При нашем приближении на территории загораются фонарики и заливают аккуратные лужайки белым светом.
Только вот Андрей все более и более мрачный.
Отпирает дверь и произносит единственное:
– Прошу.
Осматриваюсь.
Красивый гармоничный интерьер. Все на своих местах, но чувствуется будто чего-то не хватает – словно отсутствует тепло…
– У меня есть немного телятины, – раздается голос Андрея из кухни, – и… хлеб. Прости, больше ничего. Я не ждал гостей.
Киваю.
Андрей как-то скован и напряжен. И это напряжение нарастает с каждой секундой.
– Ты поешь, – пододвигает ко мне блюдо с мясом, – а я пока приготовлю гостевую спальню.
Он уходит, а я остаюсь в одиночестве сожалеть, что приняла приглашение.
Не знаю, что произошло, и в чем я провинилась, но… мне здесь не место.
Кусок не лезет в горло.
И когда Андрей возвращается, я твердо решаю попросить его вызвать мне такси домой.
– Андрей, что-то не так, – начинаю я. – Мне лучше уехать…
– Глупости, – перебивает он меня.
Нервный смешок вырывается у него.
– Просто я отвык принимать гостей…
Делаю вид, что удовлетворяюсь сказанным и отправляюсь спать.
В ночной тишине еще долго прислушиваюсь к его шагам внизу и пытаюсь понять, что же произошло.
Лежу без сна. Долго.
Хотя, казалось бы, должна провалиться в сон мгновенно…
И в тот момент когда, глаза уже слипаются, а усталый мозг начинает отключаться, слышу звук двигателя авто.
Поднимаюсь к окну и вижу, как Андрей уезжает из дома.
42
Алиса
Просыпаюсь внезапно. Будто выныриваю из воды – резко, сразу и… в оглушительную тишину летнего утра.
Эта тишина наполнена птичьим пением и шелестом ветра в листве деревьев.
Слышать и слушать эти звуки приятно и спокойно.
Тяжелое плотное одеяло мягко придавливает, создавая ощущение покоя и тепла.
А из приоткрытого окошка струится прохладный воздух.
Чуть потягиваюсь и улыбаюсь. Втягиваю ноздрями утренний аромат: терпкие нотки хвои и смолы, свежескошенной травы и цветов…
Утро едва началось – еще серый свет отражается в открытой створке окна, и внутри, почему-то, без причины крепнет уверенность – впереди хороший день.
Впереди – чудесный день.
Кладу ладонь на живот и тихонько, еще сонным хрипловатым голосом желаю сыну дорого утра.
Тело удивительно легкое, отдохнувшее, будто с него стряхнули многодневную свинцовую усталость.
Чужая кровать, а спалось так, словно я вернулась домой.
Подхожу к окну, опираюсь ладонями о прохладный подоконник.