Развод в 30. Новая жизнь Страница 15 из 67
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 15 из 67

– Но я только… – начинаю я, смущенная и удивленная.

– Врач настаивает.

За спиной слышу тяжелые шаги.

Мужчина проходит мимо, запах дорогого парфюма с нотками кожи и гнева.

Его жар просто обдает меня так, что я аж мурашками покрываюсь.

– Наталья Владимировна ждет вас, пожалуйста, проходите, – торопит меня регистратор.

Я вздыхаю и иду по коридору к лифтам.

13

Алиса

Шаги по коридору кажутся слишком громкими даже среди фонящего шума клиники.

С каждым шагом я напрягаюсь все сильнее и сильнее.

Ой, Алиска, да прекрати уже драматизировать!

Будто у тебя впервые не получается.

Я стараюсь себя подбадривать, говорю о том, что в этом посещении ничего, ну совершенно ничего особенного нет…

Но работает это плохо – будто я сама чувствую собственную ложь.

Каждый звук – щелчок каблуков, шорох дверей, чьи-то приглушенные голоса – бьет по нервам электрическим разрядом.

Я сжимаю сумку так, что пальцы немеют. До боли.

Но не замечаю ее.

Просто зайти. Попрощаться. Уйти.

Но стены здесь помнят слишком многое.

Каждая мелочь в клинике: запах спирта, плакат о репродуктивном здоровье, свет ламп дневного освещения – будто наждаком по ране.

Сколько раз я приходила сюда, наполненная безнадегой и почти растоптанная?

Сколько раз заставляла свинцовые ноги передвигаться, а губы растягиваться в вежливой улыбке.

Просто шаг за шагом – не останавливаться. Вперед и вперед…

Было тяжело и невыносимо больно, но я чувствовала поддержку Алексея.

Или верила, что она была?

На меня опять накатывает.

Когда он сдался? В какой момент?

И почему не сказал об этом? Почему не стал даже пробовать поговорить, а сразу пошел налево? По самому подлому пути…

Стискиваю зубы так, что желваки ноют.

Сколько раз я сидела в этой очереди, надеясь, молясь, чтобы на этот раз все получилось?

В голове проносятся все эти разы, когда раз за разом выходила отсюда с пустотой внутри, но с фальшивой улыбкой для Леши и говорила:

– Ничего, в следующий раз…

А он кивал с каждым разом все безразличнее и безразличнее.

Только я, наивная дурочка, не замечала этих мелочей – была сосредоточена на том, чтобы принеси ему ребенка.

Ребенка, который в какой-то момент стал нужным только мне…

А теперь и «следующий раз» не нужен.

Подхожу к двери с табличкой «Наталья Владимировна Игнатьева».

Поднимаю руку – и замечаю, как дрожат пальцы.

Тук-тук.

– Войдите.

Голос за дверью тихий, как всегда спокойный, но я почему-то вздрагиваю и повторяю себе, что скоро все закончится.

Кабинет залит мягким светом. Привычная чистота и аккуратность – как отражение самой Натальи Владимировны, которая поднимается из-за стола.

Высокая, чуть полноватая, в белом медицинском костюме, который сидит на ней очень даже элегантно, а не как униформа.

Темные волосы собраны в тугой узел.

Из-за толстых стекло строгих очков – приветливый и добрый взгляд.

– Алиса… – она снимает очки, и вдруг ее лицо становится мягче, словно разглаживается.

– Садитесь, – говорит она, и в голосе – не привычная профессиональная вежливость, а искреннее участие.

Я опускаюсь в кресло. Горло сжато.

– Извините, что не успела отменить запись… Я… я просто хотела попрощаться. Извините, что без предупреждения…

– Почему же? У нас впереди с вами много работы… или что-то случилось?

От ее простого вопроса слезы туманят глаза.

Да что же это такое, Алиса? Ты совсем расклеилась!

Киваю и стараюсь тихонечко шмыгнуть носом.

– Я сделала тест сегодня… – выдавливаю чуть слышно.

Наталья Владимировна сразу же все понимает:

– Отрицательный?

Киваю и опускаю лицо.

Хмурюсь, чтобы хоть как-то унять бушующие эмоции, но губы предательски пляшут.

Тишина в кабинете давит.

До нас даже долетает отдаленный шум газонокосилки на улице.

Я сжимаю подлокотники кресла, чтобы руки не дрожали.

– Алиса, – Наталья Владимировна аккуратно поправляет очки. У нее есть привычка – перед важным разговором слегка прикусывать нижнюю губу, будто взвешивая каждое слово. – Давай сделаем анализ на ХГЧ.

– Зачем? – голос звучит резче, чем я хотела. – Тест отрицательный.

– Тесты иногда ошибаются. Это все-таки экспресс-анализ и имеет свою и довольно большую погрешность. А наша лаборатория – нет.

Тут перед глазами возникает гневный мужчина из коридора и оправдания главного врача, мол, человеческий фактор и от ошибок никто не застрахован.

– Неужели? – в моем голосе чуть больше яда, чем следует. – А мужчина, который устроил скандал несколько минут назад так не думает.

Наталья Владимировна чуть отстраняется назад, а я краснею от стыда – ну зачем я ей это все говорю? Она же совершенно не причем.

Тем более, она всегда была со мной вежлива и дружелюбна.