Подснежник для сурового Апреля Страница 45 из 92
Скорость
7
Главы
0%
Страница 45 из 92

Хрустальные комары или ледяные, так их уже нарекли люди. Появлялись они в сильный мороз, строго после полуночи. Заметить их в ночной темени было почти невозможно, хотя размером они походили на взрослого кота. Перемещались комары беззвучно, нападали со спины, роняли жертву и жадно впивались в сонную артерию несчастного, который подвернулся им под хоботок.

Напившись крови, ледяные твари исчезали в тишине морозной ночи. Пострадавший впадал в глубокий сон, больше похожий на кому. Доктора, знахари и даже серые оказывались бессильны перед мёртвой спячкой больного.

За то время, пока ург колесил по столице и её окрестностям, нападения участились. Теперь комары нападали не только после полуночи, но и сразу после заката. Пострадавших становилось всё больше и больше, а ответов так и не прибавилось.

К тому же, ург пока не встретил ни одного стеклянного комара. Одни только рассказы перепуганных очевидцев, которые видели тварей уже напившихся крови и улетающих прочь.

— Эрл что-то ещё желает? — звонкий голос Катрины выдернул урга из задумчивости.

Девица поставила полный кубок на стол, а теперь разглядывала урга, кокетливо накручивая на пальчик золотистый локон.

— Эрл желает отблагодарить заботливую красотку, — вкрадчиво прошептал ург, протянул руку и одним движением усадил подавальщицу к себе на колени.

Девушка наигранно взвизгнула и закатилась в довольном хохоте, обхватив урга за шею крепкими белыми руками. Ург глядя в глаза Катрине, вынул золотой, а после, держа его двумя пальцами, медленно опустил в её пышное декольте.

— Катрина, детка, погрей моё место, а я скоро вернусь, — ург поцеловал раскрасневшуюся подавальщицу в пухлые губки, которые призывно распахнулись навстречу ему, и шепнул, — никуда не уходи.

Девица едва успела кивнуть, когда внезапно осознала, что уже сидит на жёсткой скамье, а ург спокойно шагает к двери.

— Во дела! — шепнула она, но тут же отвлеклась на золотой, который приятно холодил кожу.

Морозный воздух освежил горячую голову урга. Он с наслаждением потянулся, хрустнул затёкшей спиной и жадно вдохнул холодный воздух. С ночного неба сыпались редкие снежинки — колючие, как шипы розы. Они искрились в неверном свете слабых осветительных кристаллов, висевших под крышей деревенской таверны.

— К Тарху всё! Напьюсь и проведу весёлую ночь. Мне нужен перерыв, — решительно махнул головой ург и уже направился назад, когда что-то остановило его.

Ург медленно развернулся. Его чувствительность эмпата уловила странную энергию — холодную, злую, равнодушную к холоду, но жаждавшую тепла человеческой крови. Она приближалась, но морозную тишину ночи не нарушал не единый звук.

Холодное синее пламя окутало кисти рук урга. Он до боли в глазах вглядывался во тьму, напрягал слух и, наконец, услышал тонкий свист.

А потом на освещённый пятачок перед дверями бесшумно вышли трое. Двоих ург узнал сразу. Это были больные, которые ещё несколько часов назад мирно посапывали в собственных кроватях после нападения хрустальных комаров.

Теперь они жадно смотрели на урга бледными, затянутыми мутной пеленой глазами. По коже шли синие пятна, а с губ не срывалось ни одно облачко пара.

Третий отличался. На человека он походил только наличием рук и ног. Скелет, обтянутый толстыми жилами серой плоти, вымороженной на холоде, поверх которой наросли ледяные шипы. Как броня, как ледяные латы зимы. Голый череп сохранил остатки кожи и мышц, которые удерживали нижнюю челюсть. В чёрных провалах глазниц хищно сияли синие огни.

Третий был известен ургу. Мадур — злобное порождение зимы. Но никогда мадур не водил за собой людей.

Мадур замер на месте, следом остановились и двое людей, которые и на людей уже были не похожи. Из оскаленной пасти живого мертвеца раздался хриплый вопрос-приказ:

— Интерум…

Глава 29

Глава 29

Эдвард Денжиди, ург Каэрллиона

Ург утробно рассмеялся.

— Что сказал? Имя это твоё? Говорящая гнилушка! — он хрустнул шеей, разминаясь, — с каких пор говорить начал, гниль?

Голубое пламя послушное движениям ладоней урга переметнулось на дверь и окна таверны, накрепко запечатывая входы и выходы. Эдвард повёл плечами, сбрасывая мешающий жакет, осклабился в улыбке и сделал несколько танцующих шагов навстречу мадуру и его свите. В ладони урга появился кривой меч, похожий на урак, которыми крестьяне срезают камыш. Холодное синее пламя закружилось вокруг изогнутого лезвия меча.

В душе урга разгоралось знакомое предвкушение веселья. Дар алчущим зверем бился, торопя хозяина.

— Ты кто такой, гнилушка? — развязным тоном заявил ург, нахально глядя на мадура, — чей посланник?

Синий огонь в глазницах покорёженного черепа мертвяка взметнулся яростью. Мадур рыкнул на откровенную издёвку в голосе урга.

— Камень …где? — выплюнул мертвяк, игнорируя вопросы.