Подснежник для сурового Апреля Страница 30 из 92
Скорость
7
Главы
0%
Страница 30 из 92

Мы молча вышли из гостиной, прошли сквозь анфиладу комнат и вышли на высокое крыльцо. На мощённой площадке перед крыльцом стоял изящный экипаж с запряжённой в него парой белоснежных лошадей — золочённый, хрупкий, как карета Золушки. Я шагнула вперёд, но ург решительно остановился, обернулся ко мне, якобы поправить сбившуюся накидку. Едва утихшие чувства снова загуляли в душе. На мгновение мне почудилось, что ургу нравиться играть со мной, провоцировать на вспышки смущения, впитывать мои эмоции.

Но произнесённые шёпотом слова смыли всё чувственное волнение и необоснованные подозрения.

— Маргарита, очень прошу вас соблюдать осторожность на приёме. Девы точное отражение своих Домов. Еда, которую будут подавать на приёме, приготовлена под надзором. Она безопасна, но Тархом вас заклинаю, ничего не ешьте и не пейте из чужих рук.

Я моментально подобралась, сконцентрировалась. Вспомнила где я нахожусь и что тут вообще происходит.

— Может я просто останусь тут? Скажу, что ногу потянула во время испытания и теперь лежу, страдаю, — предложила я.

— Нет. Нельзя показывать им, что вы что-то подозреваете или, не дай Тарх, боитесь. Будьте собой. Если что-то критическое произойдёт, то я приду на помощь.

Ург ответил вроде бы мягко, ободряюще, но в его взгляде мелькнуло нечто такое, что я невольно поёжилась. Постоянная угроза мелькавшая в словах Эдварда не вселяла оптимизма.

— Как вы поймёте, что со мной что-то случилось?

— У меня свои методы, — ободряюще улыбнулся ург, — кстати, личная встреча с хрейдмаром предполагается после третьего испытания.

Я поморщилась. Самое время меня об этом оповещать.

— Здорово. Боюсь, вашему хрейдмару придётся увеличить сумму вознаграждения, — сердито хмыкнула я, — тут у вас стрёмно, как в казино у Шалого.

— Эм, где?

— Неважно. Артефакты прошлой жизни, — я невесело улыбнулась, — Опасно очень тут.

— Жизнь в принципе опасна.

— Ага. Всего доброго, Эдвард, мне пора.

— Конечно, я провожу вас, эйна.

Ург плавно перетёк обратно, подхватил меня под руку. Мы торжественно, как первоклашки на линейке, спустились к карете. Ург, как истинный джентльмен, помог мне сесть в карету. Я получила лёгкий кивок на прощание, ответила мягкой улыбкой.

— Трогай, — приказал ург, захлопывая резную дверь кареты.

Экипаж тронулся, увозя меня к очередным неприятностям. Интуиция вопила об опасности, но выбора у меня не было. Врагов надо держать близко. Ближе, чем друзей.

Глава 19

Глава 19

Эдвард Денжиди, ург Каэрллиона

Ург проводил карету напряжённым взглядом. Над экипажем маячила едва заметная обережная дымка, защищающая от магических и оружейных атак. Такая же маревая дымка, установленная лично ургом, колыхалась над всем дворцовым комплексом. Простая формальность, традиция, если хотите, оставшаяся с тех давних времён, когда Дома Стихий ещё имели наглость вмешиваться в отбор напрямую. Теперь же эта формальность вновь стала необходимой из-за одной единственной девчонки с туманной перспективой выживания.

Дома уже начали дружить против неё, против неопределённости, смешавшей все планы. Расчёт Эрика оказался верен — противник, пришедший со стороны, заставит глав Домов начать активные действия. Их не остановило даже то, что девчонка слаба, как зимнее солнце.

Сейчас Маргарита увозила на себе не просто браслет, это был мощный защитный артефакт, завязанный на урга и, частично, Эрика. Всё сделано для того, чтобы не дать неопределённости выбыть из игры раньше времени. Магия, вложенная в артефакт, изменена так, чтобы ни один магик не определил источник. Пусть лучше думают, что девчонка не так проста, как казалась на первый взгляд. Это заставит их быть осторожнее, аккуратнее в выборе действий, и даст время Эрику, чтобы разобраться, кто стоит за появлением ледяных тварей в границах государства. Любой может быть. Любой из алчущих власти Домов. Даже младшие рода, обречённые вечно жить под тенью Старших.

— Развороши это осиное гнездо, неопределённость, — прошептал Эдвард в темноту дворцовых дорог, когда утих стук копыт.

Рядом с девчонкой из Манескера прирождённая чувствительность урга — редкая эмпатическая магия — находилась в постоянном напряжении. От Маргариты всё время шли потоки эмоций. То яркий всполох радости, который обжигал восприимчивость Эдварда воспоминаниями о безмятежном детстве самого урга, тогда ещё сына опального советника старого хрейдмара — отца Эрика. То резкий холод равнодушия к собственной жизни, отправляющий урга к мыслям о пережитых битвах. То, особенно вкусные эмоции, мягкая растерянность и смущение, которые гладили эмпатию урга мягкими пальцами. В такие минуты вечно голодная пустота, придавленная волей Эдварда, взрыкивала, как зверь и жадно насыщалась, а после успокаивалась на несколько часов, давая ургу передышку. Можно было ослабить контроль над собственным даром, больше похожим на проклятие, и почувствовать себя обычным человеком. Хотя бы на время.