— Мы будем соревноваться, у кого круче выдержка? — обошёл он вокруг обнажённой красавицы, и, не удержавшись, неистово прильнул губами к ключице.

— Я твоя невольница. И исполняю любой каприз.

Он не ответил, оценивающе окатил её взглядом, будто султан — рабыню на невольничьем рынке и неожиданно рассмеялся. Залпом прикончил остатки спиртного, кинул графин на мягкий лежак у бассейна.

— Всё с тобой ясно, Ляля. Это у тебя такое развлечение, да? От скуки? Ты ведь ни хрена не нищая, в тебе за версту угадывается порода настоящей хищницы. Ты просто используешь меня, ловишь кайф от роли покорной секс рабыни⁈

— Ты сам-то в это веришь? Сказочник… — соблазнительно покачивая бедрами, Ольга приблизилась к одной из вертикальных перекладин, державших потолок, и запрыгнула на неё, используя как шест.

Скрестила ноги, обхватив блестящий металл, крутанулась и медленно выгнулась назад, открыв взгляду мужчины холмики грудей с тёмными бугорками сосков.

Он оказался рядом в два прыжка, неловко стащил халат. Оля торжествующе улыбнулась, посмотрев на его вздыбившийся мужской орган. Плавно скатилась с перекладины, чуть присела, раздвинула ноги.

Дениса сотрясла крупная дрожь. Эта девица доводила его до безумия, умело сводила с ума, и наслаждалась его очередным поражением.

Глухо зарычав, он грубо толкнул её, припечатал спиной к «шесту», навалился, в нетерпении очертив изгибы тела.

Ольга потёрлась грудями о его грудь, впилась ногтями в спину. Её податливые губы смял страстный, глубокий поцелуй, она хватанула воздух, ожидая проникновения.

Но Дэн властно сжал её руку, опустил на свой пах, и снова завладел губами. После нескольких резких движений вверх-вниз по стволу пальчики её оросила горячая влага.

— Твою ж мать… — уткнулся в её мокрую от пота шею Дэн, и хрипло рассмеялся. — Ты довольна? Нравится тебе делать из меня сопливого мальчишку?

— Тебя что-то не устраивает? — невинным тоном поинтересовалась она, и прижалась к нему, осторожно обняв за спину.

— Я хочу знать о тебе всё. — шепнул Дэн, удивлённый этой неожиданной лаской.

Оля отстранилась и, не дав ему опомниться, толкнула в грудь. Плеск воды смешался с ругательством, Денис отфыркивался, вынырнув на поверхность.

— Хорошо, я расскажу тебе кое-что из своей биографии. — смягчилась Оля, деловито надевая платье. — Если ты не против, сегодня останусь у тебя…

Была глубокая ночь, когда Оля бесшумно выскользнула из спальни. Замешкалась у распахнутой двери, с тревогой оглянулась на кровать.

Денис спал, распластавшись на животе и чуть слышно всхрапывая. Обнимал скомканную подушку, не подозревая, что невольница-любовница сейчас не рядом с ним.

Вдруг обуяло желание вернуться, нырнуть к нему, и забыться сном, чувствуя его тепло. На короткий миг в груди защекотало, сердце болезненно сжалось, и Ольга поспешила прочь.

Нельзя позволять эмоциям одержать верх! Она затеяла игру не за тем, чтобы влюбиться в этого мерзавца. Влюбиться?

Оля зажала рот, чтобы смех не вырвался вслух. Вот уж о любви между ними не может и речи быть! Она не малолетка, терять голову от красивого мужика, который имеет её, как ему захочется.

Ольге Кузьминой уже стукнуло двадцать шесть, и она считала себя успешной, самостоятельной и независимой личностью. Родители обеспечили ей счастливое детство и всё, что к нему прилагалось — игрушки, велосипед, детские праздники, поездки на море.

Мать была тихой, неуверенной в себе, и занималась любимым делом — писала романы, которые издавались под псевдонимом, отец имел крупную строительную фирму. И Ляльке, как единственной дочери, ни в чём не отказывали.

Пожалуй, впервые она была благодарна судьбе за унаследованный от отца сильный характер. Только это помогло не сломаться, когда умер Славка.

Толкнув дверь кабинета, девушка радостно выдохнула. Не заперто.

Нашарила на стене выключатель, и зажмурилась от яркого света огромной люстры. Вкус к хорошему интерьеру у Дэна, несомненно, имелся — мебель из тёмного дерева прекрасно сочеталась со светлыми шторами и книжным шкафом.

Воровато оглянувшись, Оля прикрыла дверь и метнулась к компьютеру. Дрожащими пальцами ткнула на кнопку питания и нервно ждала запуск программы.

Тело слегка ломило, утомлённое от бурных ласк, оно требовало покоя. Неосознанно прикоснувшись к чувствительным соскам, Оля ощутила укол боли.

Денис был ненасытен, в порыве страсти прокусил один из нежных бугорков, и теперь правая горошинка на груди была ярко-красной.