В эту минуту она показалась мне такой хрупкой, слабой и уязвимой, что захотелось спрятать ее от всех в своих руках.

— Что произошло?! — голос прозвучал слишком жестко, и Лана едва заметно сжалась в моих объятиях.

Если этот ублюдок хоть пальцем ее тронул, клянусь…

Я сожгу его вместе с этой академией!

— Он угрожал тебе? Приставал?!

— Хуже… — хрипло ответила она, и меня словно окатило ледяной водой. — Он вызвал мою мать и все ей рассказал.

Я облегченно выдохнул, положив ладонь на ее затылок.

Глупышка…

— Ты же понимаешь, что это было неизбежно? — прошептал, вдыхая сладкий едва ощутимый запах ее кожи. — Она бы все равно обо всем узнала, как твой опекун.

Лана молчала, судорожно сжимая в пальцах мою рубашку, словно боялась отпустить.

— Она пыталась убедить меня принять предложение Мейза… — призналась она, и я невольно напрягся, желая немедленно узнать продолжение.

Я слегка отстранился, и она посмотрела на меня сквозь длинные влажные ресницы.

— И что ты решила? — произнес, сосредоточенно вглядываясь в ее изумрудные глаза.

— Отказала, — ответила, а затем прижалась ко мне, спрятав лицо на моей груди. — Мы так долго не виделись. Я думала, она пришла поговорить, извиниться за то, что бросила меня. Но все, что ее волновало — это предложение Мейза и его деньги. Ей было плевать на меня, она даже не пыталась это скрыть!

Лана говорила все это с невероятной болью в голосе, на меня волнами накатывали ее эмоции, которые я хорошо понимал.

— Успокойся, лисенок… — прошептал, нежно поглаживая ее по спине. — Я знаю, каково это, когда родители не оправдывают твоих ожиданий. Пусть делают, что хотят.

Уже представляю победную ухмылку своего отца, когда он узнает о моем отчислении, в надежде заполучить состояние.

Вот только я не был так прост, как ему хотелось бы…

У меня есть припрятанные запасы денег и планы, благодаря которым я уйду из этой академии с сертификатом об окончании.

Нужно лишь все организовать.

— Надеюсь, мы не станем похожи на них… — прошептала она, вырывая меня из тяжелых размышлений.

— Мы уже другие, — уверенно ответил я, зарываясь носом в ее длинные волнистые волосы. — Потому, что не хотим быть такими.

Она ничего не сказала, и я поднял ее на руки.

— Тебе нужно успокоиться… — задумчиво произнес и направился в ванную, зная лишь одно безотказное средство.

Включив легким взмахом руки все три крана с водой, я облокотился спиной о стену, не выпуская из рук свою любимую мерзавку, ради которой готов был отдать всё.

Лана лежала в моих объятиях с закрытыми глазами. Я чувствовал дикую слабость в ее теле и слушал звуки воды, что наполняли комнату клубами теплого прозрачного пара.

Когда ванна набралась до половины, я опустил ее вместе с одеждой в воду, и она томно изогнулась, издав блаженный стон.

У меня на мгновение потемнело в глазах.

Раскрасневшаяся, с призывно приоткрытыми губами, она беспомощно лежала в моей ванне, пока вода облегала ее со всех сторон, демонстируя изгибы соблазнительного тела сквозь мокрую ткань одежды.

Я слышал, как выравнивается ее дыхание, как успокаивается стук сердца…

Беременность давалась ей тяжело. Она была измотана переживаниями.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я уселся на край ванны, запустив руку по локоть в воду, и медленно водил ею из стороны в сторону, любуясь своей очаровательной «гостьей».

— Спасибо… — внезапно прошептала она, и я слегка удивился.

— За что? — поинтересовался, вглядываясь в ее красивое бледное лицо в обрамлении красных прядей.

— За поддержку, — ответила она, распахнув зеленые глаза. — И за то, что доверился мне сегодня. Для меня это многое значит.

— Не обольщайся, лиса… — усмехнулся, нежно коснувшись кончиками пальцев ее лица. — Больше я не отпущу тебя к другому мужчине на подобный разговор.

Лана томно улыбнулась, а затем обхватила мою руку мокрыми пальчиками и поднесла к своим губам, оставляя на ней горячий поцелуй.

— Больше и не понадобится.

На душе вдруг стало так же тепло и приятно, как и в этой самой ванне. Легкая улыбка сама отразилась на моих губах, и я чуть подался вперед. Она позволила раздеть себя, чтобы я смог вымыть ее, укутать в огромное полотенце и отнести в постель.

Лана выглядела сейчас такой расслабленной, безмятежной, уютной. Я захотел видеть ее такой каждый день перед сном.

— Теперь спи, — произнес, ощущая ее навалившуюся усталость и мое дикое возбуждение, от которого закипала кровь.

Не сегодня…

Сегодня мы очень устали, и нам обоим нужно прийти в себя. Впереди нас ждет самое сложное, и я должен быть к этому готов.