Диана ушла, бабушка, к моему удивлению, не задала мне ни одного вопроса по поводу того, где я вообще провела прошлую ночь, босс не звонил и не писал, а я всю вторую половину выходного дня проспала, пытаясь привести себя в чувства.

Нужно было понять, что делать дальше. Поцелуй – это было уже серьезно. Как мне в понедельник надо было прийти на работу, и смотреть своему боссу и другим сотрудникам в глаза?

Я что, именно та секретарша, про которых все шутят?

Но чем дольше я спала, тем больше эти мысли ускользали от меня. Каждый раз просыпаясь, я чувствовала себя всё хуже.

Сначала я списывала всё на похмелье, которого у меня никогда не было, соответственно, симптомов его я не знала. Дальше просто думала, что устала, поэтому столько сплю, но к вечеру забеспокоилась даже бабушка.

- Дашенька, у тебя всё в порядке? Ты сегодня весь день в постели провела. Ты не заболела?

Она подошла ко мне, и положила свою мягкую ладонь мне на лоб. На контрасте температур, я сразу почувствовала, что мой лоб был очень горячим, потому что бабушкина рука казалась ледяной.

- Так, я сейчас градусник принесу, и чай заварю. А ты вызови-ка врача на дом, пусть тебя посмотрят.

- Не надо врача. И ты не суетись. Я сейчас отлежусь, и всё наладится. Уверена. У меня иммунитет же знаешь какой! Вспомни, я последний раз болела лет пять назад.

Но, когда градусник показал, что температура тела у меня близится к опасной отметке в тридцать девять, пришлось признать, что шанс на то, что это просто пройдет само собой, крайне мал.

Мне почему-то было опять неудобно перед бабулей, словно я её подвела. Должна была заботиться о ней, и ни с того, ни с сего, слегла сама.

Наверное, жизнь меня за что-то наказывала. И я даже знала за что. Ведь за выходные я совершила столько всего, за что мне было стыдно, что просто ужас!

Врач, который пришел по моему звонку, диагностировал у меня ангину, непонятно от куда взявшуюся. Болезнь была инфекционной, так что мне строго-настрого наказали сидеть дома, и не ходить на работу.

Пришлось самой писать Данилу о том, что на работу я выйти не смогу, и беру больничный.

И, что самое обидное, я видела, что он прочитал сообщение, но никак не отреагировал на него. Мог бы хоть что-то написать, ради приличия.

Хорошо, что думать об этом мне пришлось недолго, так как после приема лекарств, я почти моментально заснула.

А проснулась от того, что мне было жарко, как в печке. И я бы списала всё на то, что я пропотела из-за температуры, и всё это последствия болезни, если бы не абсолютно четкое ощущение, что на моей талии лежит что-то тяжелое.

Я начала ворочаться, чтобы понять, что происходит, и это «что-то тяжелое» недовольно сжало меня сильнее.

Сомнений не оставалось: кто-то лежал со мной в одной постели. Вот только я точно помнила, что засыпала у себя дома, бабушка лечь ко мне не могла, а никаких домашних животных у нас не было..

Страх сковал моё тело, потому что в голову пришла странная мысль, что кто-то забрался к нам в дом, задумав что-то плохое.

Но что это могло быть? Странно было забираться в чужую квартиру и ложиться спать рядом с её хозяевами. Нет, что-то тут не сходилось. Видимо, мой мозг еще работал не в полную силу.

Я медленно стала поворачиваться, но это, похоже, разбудило человека за моей спиной.

- Уже проснулась? Как ты себя чувствуешь?

В тот же самый момент, когда человек заговорил, я сделала резкий поворот, и ударила ладошкой по чему пришлось. А пришлось по уху.

- Ау! Ты чего дерешься? – на меня смотрел ошарашенный Данил Петрович, который держался за своё ухо.

К слову, если не брать в учет то, что он сейчас лежал с недовольным лицом, выглядел он довольно мило. Его волосы были взъерошены, и находились в небольшом беспорядке после сна, что ему крайне шло. На щеке был залом от того, что он, похоже, этой частью лица спал в подушку. Да и вообще, он был весь какой-то такой уютный, совсем не как тот босс, которого я обычно видела на работе.

- Вы чего тут делаете? – наконец дошло до меня, что в моей кровати находился мой начальник.

Я прижала одеяло поближе к груди, сев, и отползя подальше, насколько это позволяла кровать. Она была у меня полутороспальной, но мне всегда казалось, что места здесь ровно на меня одну. Даже и не знаю, как мы уместились на ней вдвоем.

Запоздало я вспомнила, что спать ложилась в неприглядной «бабушкиной» ночнушке. Зато она была хлопковая, и «дышала», что было очень удобно.

Наверняка, в отличие от всего такого милого, сонного и уютного Данила Петровича, я выглядела сейчас как будто упала с сеновала, тормозила головой.

- Очевидно, спал. А ты меня разбудила. Но я тебя не виню. Только если бить меня было не за чем. Так как ты себя чувствуешь?

От всего происходящего я и забыла, что болела. После слов босса приложила ладонь ко лбу. Он всё еще был немного горячий, но по сравнению со вчерашним днём, температура уже почти не ощущалась.