- Ярослава, - сказал тот строго, - лучше расскажи, пока нас всех не перестреляли.
- Где Петька? - повторила я свой вопрос, глядя с одного на другого.
- У Витьки, - ответил Гоча, а я поморщилась, - теперь твоя очередь.
И я рассказала про инцидент в туалете и про то, как неловко соврала, не рассказав главного.
- Теперь хотя бы ясно, от чего он озверел, - нахмурился Макс, - найди его и расскажи, как есть. Уже не важно, раз кто-то умыкнул этого мудилу, - и повернулся ко мне, - началось то, чего ты так старательно пыталась избежать.
- Но кому этот придурок понадобился? - пробормотала растерянно, а парни переглянулись. - Только не говорите мне…
- Если уж меня чуть не прибил, - развел руками Макс, - может, нам повезло, и он не успел его грохнуть?
- Я бы выразился иначе. Может, нам повезло, и он успел его грохнуть?
- Чего делать-то будем? - спросила в отчаянии.
- Ты уже сделала все, что могла, - рявкнул Максим, не выдержав, а я заорала в ответ:
- По-твоему, я виновата, что Митька зажал меня в туалете? Или может мне в самом деле надо было там с ним трахнуться, а потом делать вид, что ничего не произошло? А что? А после пригреть Гочу, чтобы ему не обидно было или кто там у тебя на очереди?
Макс поморщился, но злиться перестал.
- Кстати, на счет делать вид, - задумался Гоча, - идея не лишена смысла. Если мы станем готовиться к войне, она непременно начнется. И совершенно не понятно, - но договорить не успел, потому что зазвонил его сотовый, - да. У Ярославы. Знаю, давай.
- Неужто Витек нарисовался? - удивился Макс, а Гоча кивнул.
- Сообщил, что Митька пропал.
- Типа он не при делах?
- Типа того, - и принялся расхаживать по кухне, - в принципе, Витька не идиот и прекрасно понимал, что начнется, если он грохнет этого урода.
- А меня типа можно? - скривился Максим.
- Хотел бы – грохнул.
- Если не он, то кто? С каждым днем остается все меньше и меньше вариантов. Знаешь, я тут даже подумал, что если тупо ничего не делать, то очень скоро и не придется. Поедем все куда-нибудь, погреем жопу у теплого моря, я, наконец-то, бабу свою увижу, а когда вернемся – тут уже все прибрано. Красота.
- Боюсь, нас дождутся, - хмыкнул Гоча, - хотя, игроков в самом деле стало меньше. Филе могла не понравится ваша внезапно вспыхнувшая страсть с Митькой, потому что он рискует в этом случае остаться с ничем. Протасов темная лошадка, с ним вообще наверняка никогда не скажешь, мог просто решить позабавиться, пока старательно играет роль убитого горем папаши. Некто, кого мы не знаем, так же может старательно мутить воду, оставаясь при этом инкогнито, ну и Самсона я бы тоже не исключал.
- А ему-то зачем? - нахмурилась я. - Если он, по словам Витьки, радеет за равенство и братство, то мир и согласие в рядах – именно то, чего он добивается. А не войнушка.
- Согласен, - кивнул Максим, - наименее возможный вариант, но и его бы я сейчас уже не стал сбрасывать со счетов.
- Мы топчемся на месте, - поморщилась в досаде, - сотни раз пытались начать раскручивать, с чего все начало, но то и дело происходило что-то новенькое. Не пора ли уже разобраться? И кстати, пропал, не значит труп. Он мог затаиться, не простив нанесенной обиды, чтобы свести счеты. При этом в открытую он завалить ни тебя, ни меня не мог, потому что Самсон быстро бы оторвал ему голову.
- Довольно умно, если подумать. Даже элегантно, - хмыкнул Макс, - если не брать в расчет, что терпения у него кот наплакал, а взбесился он, должно быть, здорово. Если он жив, от твоего удара у него до сих пор яйца звенят.
- Сделай что-нибудь поесть, - вздохнул Гоча и вышел из кухни, а я начала готовить, пытаясь успокоиться, но с каждой минутой нервничала все больше и больше.
Очевидно, что он пошел объяснять Вите сложившуюся ситуацию, а значит тот скоро приедет. Что и случилось, едва мы закончили завтракать.
- Прости, Снежок, - появился на кухне и протянул брату руку, он тут же поднялся и крепко пожал ее.
- Сам виноват. Нужно было подумать и оставить ее на даче, - вздохнул, снова сев за стол.
- Можно тебя на минуту? - спросил, поворачиваясь ко мне, я нервно сглотнула, но отказаться было нельзя, чтобы не нарушить снова шаткое равновесие. С трудом поднялась и на негнущихся ногах прошла за ним в спальню. - Сильно злишься? - спросил, нахмурившись, и запустил пальцы в мои волосы, притягивая к себе.
Низ живота тут же свело, сердце забилось где-то в горле, но от осознания этого незамедлительно появилось отвращение, и я невольно поморщилась. Он тут же убрал руку, сунув в карман и отступил на шаг.
- А вот это было неожиданно, - сказал строго, тут же нахмурившись, - не желаешь объясниться, с какой стати я вдруг начал вызывать подобные эмоции?