— Я думал, что не буду сожалеть, когда Муса отправится на тот свет. Ему давали срок в несколько месяцев, однако посмотри, как долго он еще протянул после оглашения вердикта. Он сделал столько зла. Я не должен сожалеть о его смерти. Не должен.

— Но сожалеешь. Все-таки он для тебя не чужой человек, — сказала осторожно.

— Плохой человек.

— Но он был твоим отцом, пусть ты и узнал об этом так поздно, но он успел чему-то тебя научить, и ты будешь грустить о нем. Вопреки здравому смыслу. Привязанности… Они неподвластны логике.

— Я скорблю. Против воли в голове крутятся мысли, что он много раз просил повидаться в последний раз, а я отказывал. Последняя просьба умирающего. Я отказал ему в ней. Разве это не делает меня чудовищем? — с горечью спросил Ринат.

— Это делает тебя человеком, чувствующим и эмоциональным. Всего лишь человеком.

Ринат немного помолчал, потом признался:

— Я думал, ты не поймешь. Боялся показаться тебе на всю голову отбитым отморозком, который сожалеет о смерти того, кто причинил нам столько зла.

Я не смогла сдержать слезы, Ринат приподнялся и лег рядом, обняв меня.

— Я понимаю, — сказала сквозь слезы. — Я все понимаю. И думаю, что тебе нужно слетать на похороны, отпустить его с миром.

— Не хочу оставлять тебя одну, — возразил Ринат.

— Думаю, ты должен это сделать. Иначе вина съест тебя живьем. Ты хороший человек и знаешь, что должен полететь, проститься.

— Мне там будут не рады.

— Пусть так. Это нужно тебе самому. Не кому-то другому.

Ринат поцеловал меня мягко, с заботой и всей нежностью, на которую был способен.

— Ты — мое спасение. Что бы я без тебя делал?

Я чувствовала, что часть груза с его души была снята.

— Что бы ты делал без меня? Даже не знаю, был бы самым крутым человеком в городе и менял девушек как перчатки.

— Чушь… Я верю, что нашел бы тебя в любом варианте своей жизни. Так или иначе…

Ринат приподнялся и закатал рукав футболки, продемонстрировав мне татуировку — розы.

— Я не говорил, но сделал их в честь тебя.

— Ого! — удивилась я. — Я думала, что знаю все твои секреты, не ожидала, что эта татуировка была сделана в мою честь.

— сам не понял, как попросил набить. Был слишком обижен и пьян. В трезвом виде застыдил бы себя за такую слабость. Ты — мое слабое место, но именно ты делаешь меня сильным и способным на многое, способным меняться.

— Я тебя люблю, Ринат.

— Единственная моя, — сказал с чувством, душа и сердце затрепетали от его слов.

Полежав еще немного, мы говорили обо всем — не только о грустном, вспоминали моменты из прошлого, хихикали над невзгодами. Проболтали до самого утра, а потом Ринат признался, что решил полететь и попрощаться с Мусой.

— Это займет немного времени, — пообещал Ринат. — Максимум, несколько дней. Возможно, придется помочь супруге Мусы и повидать всех знакомых.

— Хорошо, мы будем ждать тебя, — согласилась я и ойкнула, опустив ладонь на живот. — Сынишка начал пинаться.

— Эй, малой, не шали! Остаешься за главного! — пожурил сына Ринат и поцеловал мой живот.

* * *

Ринат купил билеты на самолет, очень ранний утренний рейс. Когда я провожала Рината, сердце внезапно дрогнуло, а губы едва не вытолкнули эгоистичную просьбу: «Останься!» Но я совладала с эмоциями, улыбнувшись Ринату напоследок.

Он поцеловал меня — глубоко и горячо, потом внезапно усмехнулся:

— К черту, сейчас скажу! — махнул рукой. — Так как у нас скоро появится сынишка, я подумал, было бы неплохо расшириться, и купил нам дом.

Ого…

Он так просто об этом сказал! Так беззаботно…

— Как? Когда?

— Тебе понравится! — улыбнулся уверенно. — Ты как-то листала сайт и наткнулась на объявление, я заметил, что ты потом еще несколько раз к нему возвращалась.

Я мгновенно поняла, о каком доме шла речь, и ахнула:

— Ринат! Это же очень… дорого!

— По средствам, — сдержанно отозвался Ринат. — Пока меня не будет, подумай о вечере, выбери удобную дату, допустим, через неделю или две, созови своих друзей, а я приглашу своих знакомых. Возможно, Махдаев тоже захочет прийти со своей пассией.

— Махдаев?

Я мгновенно вспомнила мужчину с очень жестким выражением лица. Ринат сейчас работал в его компании.

— Твой босс?

— Робеешь перед ним?

— Еще бы не робеть, — пробормотала я.

— Я буду рядом, забыла? Ладно, мне пора, иначе я опоздаю на самолет. Поцелуй за меня девочек, — попросил на прощание.

Роза