Я запуталась вовсе, в своих ощущениях и в этом мужчине. Он был непредсказуем. Ответил на многие мои вопросы, успокаивал, но не исключал нашей связи в дальнейшем, руководясь чисто моим желанием. Это и настораживало. Его уверенность…и моя предательская сила воли рядом с ним. Но особого выбора у меня не было, мне ясно дали понять, что я уже ничего не решаю. Даже по отношению себя. Исходя из его собственнических замашек. Просто сгрёб в охапку, зажал в своих стальных руках-тисках и наслаждается, а я в этот момент чувствовала себя неким плюшевым мишкой, в стальных объятиях. И хорошо, и страшно!

А сердце в груди Ника так и грохотало, словно кросс пробежал, напоминая мне о том, что он тоже человек. Опасный. Незнакомый. Мрачный. Но всё же, из крови и плоти.

К тому же, он дал мне обещание, что отпустит и не обидит. Не знаю, стоит ли мне ему верить, но по сути, это уже было не важным. Раньше времени, мне всё равно не позволят уйти и сейчас, нужно было собраться с силами, иногда промолчать, но вытерпеть эти три дня.

С этими мыслями, под бешеное сердцебиение своего захватчика и согретая теплом его рук, я медленно проваливаюсь в сон. День был тяжёлым, нервным, ужасным, и меня просто сморило. Хотя до последнего, я пыталась держаться в сознании. Мне хотелось знать, куда меня везут, и убедится в своей безопасности, а ещё, я всё же надеялась на побег. Только вот усталость, оказалась выше всего этого, взяв меня в свой плен.



Кошка.

Просыпаюсь, от еле ощутимого, скользящего касания вдоль своей руки, от плеча к запястью, которое вызывало дрожь в моем теле.

Сразу в мыслях возникает Генка, но я его быстро исключаю. Он так не умеет. Точнее, на него моё тело никогда не реагировало подобным образом. А потом и вовсе, я вспоминаю последние моменты встречи со своим парнем, от чего внутри, сердце с болью сжимается.

Как он мог?

Хотелось плакать, глаза щипало, но это желание мгновенно отпадает, когда за своёй спиной, я ощущаю движение. Сейчас, у меня была проблема поважней. Ник.

Даже оборачиваться не нужно, чтобы понять, что горячее, мощное тело, которое вжималось в меня сзади, принадлежало именно ему. А после, это подтвердило его обжигающее дыхание возле моего уха, уже привычный запах парфюма и жаркое прикосновение губ, к моей шее. Знакомые ощущения…

Именно это и выдаёт меня.

И если до этого, я хотела скрыть своё пробуждение, чтобы иметь возможность подумать, осмотреться, взвесить ситуацию, то сейчас, выступившие мурашки на моей коже, от его поцелуя, предали меня.

— Я знаю, что ты не спишь, — шепчет он мне на ухо, и я ловлю себя на мысли, что моё дыхание слишком участилось. Чёрт!

Рука Ника скользит на мою талию поверх платья, а у меня такое чувство, будто бы он у меня под кожей. Как сладостный ток.

Где он научился так делать?! И почему для меня, он ощущается именно так…?

— Ты очень вкусно пахнешь, — шепотом добавляет, немного смещаясь за моей спиной, и я чувствую, как молния моего платья, медленно расстегивается до самой поясницы.

Дергаюсь от него в сторону, чтобы сбежать, но рука на моей талии сильнее сжимается, и я вновь оказываюсь в прежнем положении.

— Отпусти меня! — кричу, начиная брыкаться, но всё тщётно. Он крепко удерживает меня на месте, пока я не выдыхаюсь, а после, легонько переворачивает на спину и нависает надо мной, как огромное мрачное облако.

По его взгляду поняла, что ему не понравилось мое бешеное сопротивление, но мне было плевать на его злость и потемневший взгляд. Понятное дело, что он привык к подчинению, покладистости. А я привыкла к свободе, и порабощение, вызывало во мне только сопротивление.

— Успокоилась? — спрашивает.

— Не трогай меня! — бросаю.

— Твоё тело иного мнения, — говорит он, и его взгляд опускается на мои губы. — У меня было время его изучить. Ты реагируешь на меня, даже во сне.

А мне его слова, словно в штыки.

— Откуда тебе знать, может оно реагирует так на каждого? — отвечаю необдуманно, и Ник мгновенно напрягается.

А теперь было страшно! Я решаю дальше молчать, но уже было слишком поздно…

— Проверим? — вдруг говорит он, слегка отклоняясь от меня. Разозлился. Глаза словно огнём зажглись, а черты лица сразу изменились. Ожесточились. — Сейчас попробуешь со мной, потом я позову парней, — добавляет, и я замираю, с ужасом глядя на него. — Этого хочешь? — рыкает, и я отрицательно качаю головой, вспоминая предупреждение Артёма.

Делаю себе мысленную заметку, сначала думать, прежде чем что-то говорить. Ник не воспринимает дерзости в свою сторону.

— Я пошутила, — говорю испуганно, и его мгновенно попускает. На моих глазах.

Он слегка расслабляется, и склоняется к моему лицу, прижимаясь носом к щеке, ведет им вдоль скулы к виску и тихо предупреждает:

— Не делай так больше. Я могу потерять контроль. А это будет очень плохо…для тебя.

Я ничего не отвечаю, потому что уже страшно. Лежу, молча, не двигаясь, думая о том, что Ник бы мог совершить нечто подобное. Ему ничего не стоит взять меня силой, а потом отдать своим людям, но он не делает этого, лишь пугает и одаривает моё тело, простыми легкими прикосновениями.

Хочет добиться ответной реакции? А что если я буду продолжать противиться, воплотит ли он свою угрозу в действие?