— Действительно, волшебные, — рассмеялась девушка. — Ты должен чувствовать себя царственным магом, вообще-то!

— Ладно, вставай. Надо этих придурков успокоить! — начал выползать из-под драконши принц.

Но в этот момент:

— Зара Рубин, выходи, нам нужно серьёзно с тобой поговорить! — прорычал из-за двери Леон.

— Хотя… — протянул принц. — Аметист, она мне ещё нужна! Как только она всё закончит, я её отпущу. Жди! Иди сюда, дорогая! — последнюю фразу он сказал потише, но так, чтобы Леон, рвавший на себе волосы за дверью, всё услышал.

Зара, еле сдерживая смех и ничего не понимая, смотрела на друга. А тот, продолжая одеваться в постели, тем самым создавая странные шумы, лепетал, словно захлёбываясь от страсти:

— Ты такая миленькая, мягонькая и маленькая, — подстанывая, хрипел Тэмир, вставая с кровати. — Да, вот так, умничка моя!

Дверь распахнулась, и, топча друг друга, в комнату снова влетели волшебница и дракон! Зара, задыхаясь от смеха, валялась в кресле. Тэмир стоял в другом углу комнаты и поправлял воротник. Он холодно посмотрел на вбежавших и высокомерно спросил:

— Что неясного в словах «не входить без разрешения»? Ноён, я понимаю, что живу в твоём доме! Но элементарные правила вежливости тебя что, седьмой дорогой обошли? Какого лешего вы вламываетесь, когда моя драконша делает мне… массаж? — намеренно сделав паузу, спросил Тэмир.

— Массаж? — с непередаваемым облегчением выдохнул Леон.

Волшебница же засуетилась:

— Почему драконша? Я тоже могу!

— Да, принц, — подтвердил Аметист, усиленно кивая, — она может! Тиана в этом деле просто чародейка, а не волшебница!

— А тебе откуда это знать? — строго спросил Тэмир, еле сдерживая смех.

Но Рубин всерьёз нахмурилась после его вопроса.

— Когда дракон ранен, он быстрее поправляется, если маг прилагает не только магические, но и физические силы. Она делала мне массаж раза два или три… — глядя на Зару вдруг смутился Леон.

— Или тридцать два! Чего ты оправдываешься? Если они попадут в бой до вашей свадьбы, не только твоя драконша будет мять зад принцу. Тому тоже придётся постараться! — процедила Ноён.

— Кстати, о свадьбе, — задумчиво подхватил тему принц. — Леон, чего ты ждёшь? Или ты больше не заинтересован?

— Тэмир, тут такое дело… — замялся Аметист. — После свадьбы Зара уйдёт жить ко мне. — Тэмир кивнул, показывая что понимает. Леон продолжил, глядя в сторону: — Но ты не сможешь пойти с нами. Наши дома для людей не пригодны, — всё ещё смущаясь, продолжал Леон. Тэмир всё так же не видел проблемы. — Если ты останешься тут, с Тианой, один, и кто-то про это узнает, то о вас поползут слухи. У нас не принято жить под одной крышей без свадьбы, особенно если…

— Кхе-кхе! — подавилась вдруг слюнями волшебница. — Я думаю, принц понял.

Тэмир побледнел, затем покраснел и спросил:

— Что за намёки, Леон?

— Какие намёки, принц? Ты слепой? Ноён любит тебя! Даже твой кузен это заметил! Только ты живёшь, как будто в сказку попал, принцесса!

— Чего? — прорычал Тэмир.

— Чего? — пробормотала Тиана.

* * *

«Это было так очевидно!»

Тэмир второй час лежал в кровати, спрятав голову между подушками. Его мысли роились в голове, но одна сияла, как неоновая вывеска ночью в чистом поле: Тиана им очарована, как и все остальные. Он старался, видит небо, не показывать ей… Но эта Царственная кровь работает сама по себе, без его разрешения. Сам он в глубине души давно понял, что наездница Леона его интересует не просто, как часть рассказов пьяного дракона. Аметист ни разу не описал внешность своей всадницы, но именно такой Тэмир видел её в своих мечтах. И сразу понял, кто она такая, как только увидел у себя в баре. А потом всё думал, что ему просто интересно, насколько Леон ошибался, идеализируя свою волшебницу. Но ошибался он — Аметист ни разу не приукрасил девушку: отчаянно смелая и готовая ради своей цели пожертвовать собственной жизнью! Ловкая и сильная настолько, что едва реально не победила его в их поединке! И этого она добилась сама, без присмотра, подталкиваний со стороны старших и достойного учителя, который сразу бы показал ей, как нужно держать меч, чтобы быть более эффективной, поэтому, наверняка, в первое время у девочки нестерпимо болели все суставы, а при спаррингах её тело, Тэр был уверен, покрывалось сплошным слоем синяков. Ведь, как рассказывал Леон, ему помогал дракон отца Тианы, который, иногда столкнувшись с ним где-то, старался быстро проинструктировать юного дракона. Но Ти до всего дошла сама — через силу тренировок, через боль наказаний, через презрение ото всех, в том числе и от брата.