По лицу текут слезы, смешиваясь с льющейся на тело водой. Понимаю, что нельзя просто сидеть и плакать. Это ничем не поможет. После встречи лицом к лицу со зверем уже никогда и ничто не будет прежним. Но слишком просто сидеть и плакать, жалеть себя и бояться.  Если бы никого у меня не было, я бы, наверное, руки на себя наложила, хоть и страшно. Но я даже не рассматриваю этот вариант – разве смею поступить так с отцом, который пострадал из-за того, что искал меня. Который посвятил мне всю свою жизнь… Я должна сделать для него все, что смогу, бороться до конца. Даже если мне придется отдать свое тело на растерзание, на утеху зверю.

Потом, когда выберусь, ускользну от шейха, я заставлю его заплатить за все что причинил моей семье. Обязательно отомщу.

Мало‑помалу прихожу в себя. Горячая вода помогла преодолеть слабость. Выхожу из душа, завернувшись в полотенце. Внимательно рассматриваю себя в зеркале. Глаза кажутся огромными на бледном лице. В них плещется страх, никак не получается убрать его. Я никогда не умела притворяться.

Вернувшись в спальню, нахожу свою порванную одежду. Даже если попытаться спуститься из окна, сделав как в кино веревку из простыней – куда я убегу голая? Даже халата нет – Кадир ушел в нем. Если только покопаться в его одежде…

Но открыв шкаф-купе, утопленный в стену, понимаю, что мне не подойдут его вещи. Разве что футболка, беру одну, надеваю. Но так выходить нельзя…

Высушив волосы, выглядываю в окно. Легкий ветерок приятно обдувает лицо. Клокочущий внутри страх постепенно отступает, хотя я понимаю, что это лишь иллюзия. Опасность никуда не делась. Я лишь получила часы отсрочки.

Я задремала под утро в кресле возле окна, но едва услышав звук ключа в замочной скважине, как подскакиваю, едва не упав. Вздыхаю с облегчением – в комнату входит Арифа с подносом, сервированным завтраком. Я страшно рада ее видеть, едва не на шею бросаюсь.

- Спасибо… я очень хочу пить… есть тоже. Какие запахи! Все выглядит таким аппетитным – набрасываюсь на еду.

- Рада видеть тебя в таком бодром настроении, - улыбается мне служанка.

- Ты не знаешь, когда вернется шейх Кадир? Я переживаю… Ммм, как вкусно, - откусываю ломтик свежей булочки. Есть мне на самом деле совсем не хочется – слишком нервничаю. Но мне нужны силы, потому что как только вошла Арифа в голове моментально созрел план. Как яркая вспышка, но увы, он очень, очень опасен – потому что нет времени продумать детали.

- Я не знаю, когда он вернется, - спокойно отвечает Арифа. – Почему ты спала в кресле? – спрашивает удивленно, глядя на валяющееся на полу возле кресла покрывало.

- Я не могла уснуть после того как ушел шейх. Очень испугалась… Ведь его вызвали так неожиданно, ночью… Что могло случиться?

- Прости. Я правда не знаю, - вздыхает Арифа.

- Ну вот, я места всю ночь как он ушел, себе не находила. Поэтому заснула глядя в окно. Теперь все тело ломит… Ох, кажется я простудилась… У меня были мокрые волосы… Горло болит. Ты не принесешь мне какое-нибудь средство?

 Я не вру – у меня и правда першит в горле. Но сейчас главная моя задача – вырваться из комнаты. Главное я узнала – Кадира нет пока во дворце.

- Да, конечно, я принесу тебе лекарство. Сделаю отвар, - Арифа касается рукой моего лба. – Температуры кажется нет…

- Мне нужна одежда… - осекаюсь, мне стыдно сказать, что шейх порвал мой вчерашний наряд.

- Да, я принесу, конечно же.

Как я и думала, выйдя из комнаты, Арифа снова запирает меня.

К моменту, когда Арифа возвращается с ворохом вещей в руках, у меня уже созревает в голове подобие плана, который, конечно, очень зыбкий. Но хоть какой-то, и я обязана попробовать.

- Спасибо тебе огромное, - забираю вещи из рук Арифы. - Можно тебя ещё кое-о чем попросить?

Женщина кивает.

- Я хотела принять ванну, но не получается настроить воду.

- Конечно, - кивает Арифа.

Когда она заходит в ванную комнату, я захлопываю за ней дверь, и тут же подпираю тяжелой кроватью. Пока я была одна то несколько раз проделала это, чтобы убедиться, что смогу. К кровати я придвигаю еще и кресло, так что оно упирается в противоположную стену. Благодаря этому, открыть дверь ванной у служанки нет ни малейшей возможности. Арифа начинает стучать в дверь, кричать на английском и арабском, но я не вслушиваюсь в поток ее слов. Быстро рассматриваю одежду, которую принесла служанка. К сожалению, для побега тут нет подходящего наряда. Надеваю первый попавшийся: дымчато-серую джелабию, остальные складываю на большом палантине, делая подобие кулька, туда же летят лекарства, что принесла Арифа. Они могут мне пригодиться в дороге. На голову набрасываю еще один найденный палантин – ярко розовый.

По плану я еще должна забежать в свою комнату – там может найтись более подходящая одежда и обувь – сейчас на мне мягкие тапочки с загнутыми носами, которые принесла Арифа, не слишком удобные для побега. Выхожу и следую по коридору, на ходу вспоминая дорогу, по которой шейх нес меня. Я должна спуститься этажом ниже – это я точно запомнила... Стараюсь не бежать, делаю невозмутимый вид, прикрываю лицо накидкой, украдкой оглядываюсь по сторонам.