Подбегаю к шкафу, молясь про себя чтобы найти хоть какую-то одежду. Выбираю самое скромное черное платье, традиционный арабский стиль, простое, без вышивки или каких-либо деталей. На голову – черный платок.

Арифа изумленно застывает на пороге, увидев меня.

- Отведи меня к шейху, - говорю твердо.

- Он приказал тебе поесть здесь… Ты же не хотела. Да что ж такое, ты будто издеваешься надо мной, девочка.

Но видя, что мои намерения тверды, Арифа кивает. Все мои мысли, пока иду за ней по коридорам, через залы и арки огромного дворца, заняты отцом. Я должна забыть о себе и о том, насколько мне омерзителен мужчина, похитивший меня. Единственный человек в этом мире мне близкий находится в больнице, в опасности. А значит, я должна забыть о гордости…

Кадир

- Добрый вечер, Раина. Добро пожаловать, - показываю мачехе на место в конце стола.

Мое приветствие произнесено холодным тоном. Сегодня, вопреки традициям моего отца, принятым в этом дворце, я приказал накрыть общий стол. Хотя не испытывал никакой радости от предвкушения этой трапезы. С дядей у нас давняя неприязнь. А мачеха… Я пытался относиться к этой женщине с почтением. Да, в моем детстве нет плохих воспоминаний, она заботилась обо мне. Но после кончины отца Раина сильно изменилась. Я не мог отделаться от одного воспоминания… Это случилось через неделю после кончины отца. Весь дворец был в глубоком трауре. Раина внезапно зашла ко мне, когда я принимал душ.

Возможно это был акт отчаяния. Возможно она была не в себе. Предпочитаю не анализировать эту ситуацию, а выкинуть из головы.

Ранним утром следующего дня я отослал мачеху в другой дворец, ближе к границе. Она была, мягко говоря, недовольна таким решением.

 Зачем она приехала сейчас, зная мое желание чтобы была подальше от этого дома? И почему это совпало с визитом дяди?

Продолжить размышлять об этом мне мешает появление моей пленницы. Одета Виталия странно, совсем неподобающе праздничной трапезе, вся в черном. Я даже не сразу узнаю девушку в мусульманской одежде, в платке. Но голубые бездонные глаза ни с кем не спутать. Стоит увидеть эти сверкающие топазы на бледном лице как все переворачивается внутри.

Зачем она пришла? Как посмела нарушить мой приказ?

Маленькая бунтарка. Если бы Арифа не передала ей мое нежелание чтобы на ужин приходила, уверен, ее бы пришлось тащить силой. Но как только поняла, что ее не хочу видеть – прибежала. Делает назло, нарывается.

- Простите, шейх Кадир. Я задержалась…

В глазах вызов, но пытается изображать покорность. Интересно, зачем? Следом за Виталией появляется ее сестра, тоже бледная и явно напуганная. За ней Арифа, которая выглядит расстроенной и виноватой.

- Простите меня, господин, я… - служанка начинает оправдываться шепотом, подбежав ко мне и встав на колени.

- Все хорошо, можешь идти, Арифа, - перебиваю ее. Моему дяде, внимательно наблюдающему за происходящим, ни к чему знать, что моя пленница строптива и делает что захочет. Я накажу ее потом, когда останемся наедине.

- Прошу, мы еще не приступили к еде, - говорю, как можно гостеприимнее. - Садитесь. Позвольте представить вам моего дядю, шейха Иршада, и мою мачеху, Раину.

Виталия снова удивляет меня тем, что дружелюбно кивает, протягивает руку Иршаду.

- Очень рада познакомиться с вами.

Улыбается Раине, в ответ мачеха тоже выдавливает некое подобие улыбки.

Ксения удивленно смотрит на сестру и делает то же самое.

Потом все рассаживаются за стол. И только когда все приступают к еде, понимаю, что меня начинает отпускать. До этого момента я был напряжен, словно кол загнали в позвоночник. Каждую секунду ждал, что блондинка устроит скандал, начнет орать, что ее похитили. Но нет, ведет себя дружелюбно, поддерживая разговор. Раина не знает английского, но Иршад переводит, при этом смотрит на Виталию взглядом, который мне совсем не нравится. Девушка явно пытается очаровать моих гостей. Рассказывает о своей семье, об отце, о том в каких странах бывала. Даже со мной пытается быть дружелюбной.

- Это очень вкусно, просто невероятно, - искренне произносит Виталия.

Невольно вслушиваюсь в ее красивый, чувственный голос. Мне нравится, когда она такая – открытая. Без страха, без ненависти в глазах.

Ксения получила от меня приказ занять дядю разговором. Но у нее явно не получается, все его внимание приковано к Виталии.

Я уже с трудом жду окончания ужина.

- Может быть пройдемся немного? – спрашивает Иршад. – Погода прекрасная, такая тишина на улице. Сад очень красивый. Вы его видели при лунном свете.

- С удовольствием, - говорит Ксения, хотя дядя не сводит глаз с ее сестры.

- Да… можно, - Виталия выглядит смущенной, но я уверен, что она что-то задумала. Явно не просто так она мила с дядей.

- Перенесем прогулку на завтра, - обращаюсь к Иршаду. – Мы хотели обсудить кое-что.