Мужчина поднялся и, порывшись в своем мешке, приступил за работу. Я перевернулась на спину и с удовольствием потянулась. Волк повторил мой маневр, кувырнувшись на спину. После чего посмотрел на меня счастливыми глазами. Я ткнула его локтем в бок:

– С тобой я не разговариваю. Ты подглядывал за мной.

Мотнув мордой, он ухитрился лизнуть меня в щеку. Мое воображение не могло нарисовать мне волка, превращающегося в человека, потому заявление эльфа, что Дружок – оборотень, я воспринимала скептически. А если он еще и заколдован, может, в нем и не осталось уже ничего от мужчины? Моя симпатия к четвероногим не давала мне возможности долго злиться на Дружка. А он, кажется, чувствовал, что я готова к примирению. Повернувшись на бок и слегка придавив меня лапами, волк стал вылизывать мне ухо, пользуясь уже хорошо отработанным приемом.

– Хорошо, хорошо! Я прощаю тебя, только прекрати! – проговорила сквозь смех.

Волчара уткнулся мне в шею и тихонечко заскулил.

– Ладно, ты не виноват, что так получилось, но вообще мог бы и отвернуться.

– Я закончил. – Судя по голосу, эльф был не очень доволен нашей дружеской возней.

Забрав результат его творчества, я лишь мельком бросила взгляд на крупные неровные стежки, после чего взялась за край рубахи, чтобы снять ее.

– Да отвернитесь же вы! – воскликнула возмущенно, желтые и зеленые глаза были готовы прожечь во мне дыры.

Медленно и нехотя мужчины отвели взгляд. Я быстро сменила одежду и вернула Лютику его рубашку. Было немного жаль лишать себя возможности наблюдаться за красивым торсом, но здоровье важнее. После скудного завтрака из стеблей какой-то травы я едва смогла стоять на ногах, и, наконец, познала принцип действия отрицательных калорий. Чтобы переработать эти прутики, организм тратил больше энергии, чем получал от них. Двигалась я на чистом упрямстве, а не на зеленом топливе.

– Воды почти не осталось, нам нужно свернуть к озеру, – сказал Ран, отпив из фляги.

Вздохнув, я кивнула. Как бы мне не хотелось быстрее попасть обратно в цивилизацию, без воды нам не выжить. Когда мы тронулись в путь, Лютик пытался мне что-то рассказывать, но быстро понял, что у меня нет настроения. Голова, третий день лишенная привычного допинга из сахара, болела, и каждый шаг отнимал у меня слишком много сил.

К счастью, до озера мы дошли быстрее, чем нас всех стала мучить жажда. Ран стал выискивать место, где удобнее набрать воды.

– А ты планируешь ее кипятить? – с тревогой спросила я, понимая, что нового расстройства желудка я могу не пережить.

– К счастью, той толики магии, что у меня еще есть, хватает, чтобы очистить воду. Не беспокойся.

Я кивнула и пошла вперед, разглядывая красивый вид на лес, открывающийся с берега. Поскользнувшись на чем-то неприятном, я ойкнула. А когда из воды прямо на меня вынырнуло нечто ужасное, покрытое водорослями, завизжала.

Визг перерос в булькающее карканье, а возле моего горла застыло острое лезвие. Правда, спустя секунду острие уже убрали, а неведомая мне хтонь склонилась в поклоне.

– Простите меня, госпожа, моя реакция сработала быстрее, чем я разобрался в происходящем.

– Мамочки, оно еще и разговаривает!

Ноги от пережитого шока подкосились, но водяное чудище не дало мне упасть на землю.

– Что случилось? – подбежал перепуганный Лютик.

– Меня хотят съесть, – пожаловалась я.

– Разве? – удивился остроухий. – Не слышал, чтобы наги ели человеческих женщин.

– Они просто не оставляют улик.

– Я не хотел вас напугать, приношу свои извинения, – снова подало голос покрытое ряской нечто.

– Можете отнести их обратно, только отпустите меня!

– Я вовсе вас не держу.

– Держите!

– Только чтобы вы не упали.

Морально собравшись, я поймала баланс на ослабевших ногах и медленно отстранилась. Хтонь и правда меня не удерживала и попыток напасть не предпринимала. Тогда я сделала несколько торопливых шагов назад и теперь уже с безопасного расстояния стала разглядывать то, что вынырнуло из воды.

Огромный змеиный хвост сросся с мужским обнаженным торсом, а лицо закрывала путаница из белоснежных волос, водорослей, тины и кокетливо примостившихся сбоку круглого листика и кувшинки, словно шляпка водяного.

– Простите, что предстал перед вами в таком виде. – Наг стал поспешно стряхивать с себя водяной мусор, открывая весьма привлекательное лицо. – Вы спасли меня от смерти. Теперь моя жизнь принадлежит вам.