— На нас проклятие, — пояснила я, мотнув головой, чтобы выбросить ненужные мысли, и посмотрела на родителей. — О нём я узнала ещё в детстве, когда заметила свою точную копию в саду — мою сестру, Эрелин. Именно так мы познакомились.

Я хотела, чтобы на лицах родителей промелькнула хоть толика сожаления, но… нет. Они смотрели на меня обиженно, словно я раскрыла семейную тайну. Наивные. Раманские сами обо всём узнали, хотя я, разумеется, не сгущала краски, чтобы не портить репутацию рода.

— Вы не росли вместе? — изумилась принцесса.

— Мы их разлучили в младенчестве, — подала голос герцогиня, и теперь он не звучал столь приторно, скорее, даже раздражённо. — Эрелин росла с нами, а нашу дорогую Джесселин пришлось отдать на воспитание монахине. Мы так поступили, чтобы спасти обеих дочерей.

— Так в чём заключается проклятие?.. — уточнила Аэнрика.

— Вот уже триста лет в семье герцога Эндервуд доживает до двадцатилетия лишь один ребёнок. Поэтому последние два века главное правило: один ребёнок в семье. Но мы родились близнецами — никто не мог предугадать такого исхода.

— И вам с сестрой?..

— Нам по девятнадцать, — ответила я с грустной улыбкой.

— Ещё год, — прошептала помрачневшая девушка. — Значит, одна из вас должна умереть?..

— Никто не умрёт, — тут же вставила королева. — Это всего лишь проклятие, которое мы снимем.

— Я нашёл шамана из Малоземья — Кейна Эверуса, — продолжил отец. — Рассказал ему о проклятии, и он провёл ритуал, который помог поменять судьбы девочек. Подтверждение этому — едва заметное сияние в форме полумесяца на лбу Джесселин. Бусина внутри контролирует её решения, заставляя идти наперекор любым событиям, что могут приблизить её к старой судьбе — к смерти от проклятия. Магия забавная штука, — отец усмехнулся, — и проклятие — её происки. Мы попытались спрятать от магического взора Джесселин.

— А почему только её? — задала закономерный вопрос королева. — Почему не вашу старшую дочь?

В этот момент двери открылись — вернулись король и оба принца. Сердце забилось чаще, когда я увидела раманского наследника, и стало вдруг так тепло, словно вернулась домой после долгой разлуки, хотя прошло не больше часа. Но судя по мрачному выражению лица Данияра, преступника им поймать не удалось, но удалось попасться Трею и отпускать их он не собирался.

— Позвольте я отвечу на этот вопрос, — произнёс король, который, судя по всему, слышал обрывок разговора, и извлёк документы. — Это свидетельство о рождении на имя Эрелин Эндервуд, что хранилось в ректорате Раманской академии. Я хотел использовать его, чтобы найти вашу сестру, Джесселин, — пояснил монарх и мельком взглянул на меня, но тут же сосредоточился на напрягшихся герцоге и герцогине. — Вот только результаты ничего не дали. Поиск приводит меня сюда. Потому что настоящая Эрелин Эндервуд находится в этой комнате.

Я нахмурилась. До меня медленно доходило и…

— Я — старшая дочь? — уточнила, сглотнув.

— Да, — кивнул король. — Вас подменили в младенчестве. У новорождённых цвет волос одинаковый, и поменять вас не составило труда. Это тоже часть плана Кейна Эверуса, полагаю, так он хотел изменить судьбы. Этого могло бы хватить. Но я не понимаю, к чему было проводить дополнительный ритуал и устанавливать ещё одну защиту?

Отец отвёл взгляд и сжал челюсти.

— Из-за вас, ваше высочество, — произнёс он и в упор посмотрел на Данияра.

— Из-за меня? — удивился принц, да и я нахмурилась, не понимая, при чём здесь он. — Что это значит?

— Если бы мы знали, — хмыкнул отец. — Это лишь слова Кейна Эверуса. Он обронил, что у нас «могут возникнуть проблемы из-за раманского принца». Вам на тот момент было всего три года. Мы не могли понять, отчего из-за ребёнка могут возникнуть проблемы? Но Кейн Эверус не стал вдаваться в подробности.

— И сами вы тоже не интересовались?

— Мы сосредоточились на спасении наших дочерей. Остальное было не важно, — отозвалась мать, поджав губы.

Точнее, они сосредоточились на спасении одной дочери. Такое важное и нужное замечание, которое я, конечно же, не озвучила.

— Что ж, полагаю, всё это второстепенно, — сказал король и потёр переносицу. — Мы не знаем, откуда начинается проклятие, а для его снятия важен исток. Именно поэтому мы пригласили вас с супругой во дворец, ваша светлость.

Мне действительно было страшно. Но не из-за проклятия. К нему я уже привыкла. Меня пугал тёмный кулон на шее и чёрная магия, что тянется к нему.

— В любом случае Кейн Эверус — лучший шаман Малоземья, он фактически их лидер, если бы они тех чествовали, — воскликнула мать. — Если он провёл ритуал, значит, тот был необходим!

— Я тоже думаю, что всё образуется, — добавила Аэнрика. — Папа, вы с Яром справитесь!

— Ты ещё юна, Аэнрика, и максимализм нормален в твоём возрасте, — улыбнулся ей отец и посмотрел на меня. — Джесселин, ты упомянула о своей сестре… когда она передала тебе силу? Прости, что перешёл на ты…

— Что вы, ваше величество, всё в порядке, — тут же откликнулась я и переглянулась с Треем.